Эта дубинка имеет отношения к его смерти, не больше, чем револьвер, который лежит в верхнем правом ящике моего стола.
– Но тогда почему ее там бросили?
– Мне бы самому очень хотелось это узнать, – протянул Мейсон и внезапно рассмеялся.
– Тебе есть чем занять мозг, у тебя и так полно работы. Незачем пытаться стать детективом. – Делла уже держала руку на ручке двери и с любопытством взглянула на Мейсона: – Шеф, почему ты не работаешь, как другие адвокаты?
– Ты предлагаешь мне подбрасывать улики и подстрекать свидетелей к даче ложных показаний?
– Нет, ничего подобного.
Почему ты не сидишь в конторе и не ждешь, когда тебе принесут дело? Пусть полиция выполняет свою работу, собирает доказательства, а ты будешь выступать в суде, находить нестыковки и недоделки. Почему ты всегда сам идешь на линию огня и сам впутываешься в дело?
Мейсон улыбнулся.
– Черт побери, не знаю! Наверное, я так устроен. Вот и все. Во многих случаях присяжные не могут вынести обвинительный приговор, потому что вина не доказана так, что не осталось достаточных оснований для сомнения.
Исключительно по этой причине. Мне не нравятся такие вердикты. Я хочу убедительно доказать, что человек невиновен – и в этом нет сомнений. Я люблю играть фактами. У меня мания – прыгать в гущу событий, пытаться оценить положение вещей до полиции. Я должен первым догадаться, что именно случилось.
– А затем защитить беззащитного, – добавила Делла.
– Да, конечно. Это часть игры.
Она улыбнулась ему.
– Спокойной ночи, – попрощалась девушка.
Глава 9
Перри Мейсон набрал номер агентства Пола Дрейка и услышал осторожный голос детектива.
– Алло! – произнес тот.
– Не упоминай никаких имен, если ты не один. У меня в конторе никого нет.
– Я к тебе загляну через десять минут. Сможешь подождать?
– Да.
Адвокат повесил трубку, откинулся на спинку своего вращающегося кресла и закурил сигарету. Затем он вытянул руку с сигаретой и смотрел, как дым от нее медленно поднимается к потолку. Он сидел абсолютно неподвижно и не отрывал взгляда от дыма, наполовину прикрыв глаза.
Можно было подумать, что он задремал. От сигареты осталась только половина, когда Мейсон медленно кивнул, словно приняв какое-то решение, затем снова вставил сигарету в рот. Он курил, пока не выкурил сигарету до фильтра, потом затушил ее в пепельнице и бросил взгляд на часы.
Именно в это мгновение кто-то начал дергать ручку двери, выходившей из его кабинета прямо в коридор. Мейсон подошел к двери и положил руку на ручку со своей стороны.
