Он забрал у стюарда графин и рявкнул:
— А ну, марш в каюту!
Вид удирающего стюарда удовлетворил воспитательские инстинкты, и капитан с удовольствием отхлебнул прямо из графина."
"— Льда бы ещё сюда, — посетовал он и вошёл в каюту.
Экран связи горел синим. Связист показывал, что к созвону готов.
Капитан поставил графин на подлокотник и плюхнулся в ложемент.
Координатор крыла Ришат Искаев выглядел, как человек, который в ближайшие трое суток не спал и не собирается.
Он преувеличенно бодро поздоровался:
— Привет, Молодой! Ну и как там ваши дела? — Медицинская химия так и пёрла из его протокольной улыбки.
— Хорошо! — так же бодро откликнулся капитан. — Поймали три линейных северных крейсера. Хаттский сбежал, но мы особо губы и не раскатывали. А вот с «Благодатью» как-то неясно.
Ришат нахмурился, переваривая.
— Это ты нарочно так шутишь, Молодой? — спросил он. — Что там у вас за хэдова благодать?
— Патрульный селлер «Благодать». Кто-то успел сунуть его на развязку, хотя договор о патрулировании ещё не подписан.
— Подписан, — поправил Ришат. — Не везде, правда, ратифицировали. Кто-то выслужился, говоришь? Сейчас разберусь и похвалю. — Он чиркнул что-то в браслете и оскалился: — Значит, у вас — нежданчик? Три северных и «Благодать»? Да, смешно. А что с ней не так? Недостаточно благодатная?
— Удрать хотела, пока у нас заваруха шла.
— Удрать? — с координатора слетела вся его химическая весёлость. — Куда⁈
— Судя по курсу, селлер планировал укрыться от нас в астероидном поясе. Там куча железа, мог и удачно приклеиться к какой-нибудь глыбе.
— Это реально при таком количестве крейсеров крыла?
— Вполне. Его как-то все упустили из виду — корабль-то от нас удирал хаттский. А обе «зефирины» висят в астероидной каше, вот «Благодать» туда и направилась. Я могу оставить её на Драгое, пусть он разбирается. Но… что-то мне в ней сильно не нравится. А хаттские спецы по безумцам у нас пока только на «Персефоне».
— Думаешь, экипаж «Благодати» подвергли какой-то нечеловеческой обработке?
— Думаю.
Иначе — зачем им бежать от своих?
Ришат подумал, сцепив пальцы и улыбаясь чему-то.
Кивнул:
— Действуй. Я сообщу генералу, а уже его дело решать — ставить в известность Хагена или нет. Держи меня в курсе.
— Слушаюсь.
Капитан отключился не прощаясь, и активировал обзорный экран. Обнял прохладный графин с компотом. Отхлебнул.
Южане окружали северян, шлюпки подгоняли «Благодать» к «Персефоне». Всё было тихо, штатно и никакой самодеятельности.
