Перси Джексон и Лабиринт смерти

 — Нет, просто потому что… помнишь, ты обещал сделать для меня кое-что. Как бы ты выполнил свое обещание, если бы умер?

Я присел на землю рядом с Аннабет.

— Эй, Аннабет, не сердись. Извини меня, если можешь. Нам пора идти.

— Знаю. Все нормально, я хорошо себя чувствую.

Конечно же, она не чувствовала себя хорошо, это ясно. Но сумела подняться, и мы снова зашагали по лабиринту.

— Нам нужно обратно в Нью-Йорк, — начал я. — Скажи, Рейчел, ты могла бы…

И тут я застыл с открытым ртом. В нескольких футах впереди нас луч моего фонарика выхватил из темноты комок какой-то мятой красной материи.

Это была растаманская шапка Гроувера!

У меня руки тряслись, когда я бросился подбирать ее. Похоже, что она побывала под чьим-то огромным грязным ботинком. После всего, что мне сегодня пришлось пережить, мысль о том, что с Гроувером случилось что-то ужасное, была непереносима.

Потом я заметил еще кое-что. Так как пол здесь, в пещере, был влажным и глинистым из-за воды, постоянно капавшей со сталактитов, на нем прекрасно сохранялись все следы.

И везде виднелись отпечатки больших ног Тайсона и другие, поменьше, похожие на козьи копыта. Все они вели налево.

— Нужно пойти по следам, — сказал я. — Они ведут в том направлении. И следы эти совсем свежие.

— А как же Лагерь полукровок? — спросил Нико. — Времени у нас почти нет.

— Сначала мы должны найти ребят, — согласилась со мной Аннабет. — Это ведь наши друзья.

Она подобрала с земли шапку Гроувера и решительно зашагала вперед.

Я следовал за ней, внутренне стараясь приготовиться к самому худшему.

Этот туннель был похож на настоящую западню, стены его нависали над нами под самыми странными углами, ноги разъезжались на скользкой земле. Почти все время приходилось ползти или карабкаться, вместо того чтобы просто шагать.

Наконец мы добрались до конца этого ужасного перехода и оказались в большой пещере, почти все пространство которой занимали высокие колонны из сталагмитов. В середине ее протекала подземная река, на берегу сидел Тайсон и держал на коленях голову Гроувера.

Глаза лежавшего сатира были закрыты. Он не шевелился.

— Тайсон! — закричал я.

— Перси! Сюда, быстро!

Мы кинулись к нему. Гроувер не умер, слава богам, но он так дрожал, каждая клеточка его тела так тряслась, словно он замерз чуть ли не до смерти.

— Что с вами произошло? — быстро спросил я.

— Много всякого разного, — пробормотал Тайсон. — Сначала была огромная змея. Потом какие-то здоровенные собаки. Люди с мечами.