Перстень Ивана Грозного

 — Очень подозрительно…

— Вот и мне это тоже показалось подозрительным! Я разговаривала с врачом, но он сказал — бывает, что сердечная болезнь подкрадывается исподволь, никак не проявляясь, особенно у молодых… но у нее не было никаких признаков болезни! Она запросто могла на лыжах отмахать десять километров…

— А вскрытие не производили?

— Нет, муж категорически возражал, и вообще, посчитали, что смерть была естественной…

— Муж, значит, возражал… — Дуся сделала в своем блокноте еще одну пометку. — Возможно, у него были на то какие-то причины… какие-то серьезные причины…

— Вот-вот! — Глаза Сойкиной вспыхнули.

 — Разумеется, у него были причины! Ведь он был единственным наследником Татьяны, а наследство — самая распространенная причина в таких делах. Взять хоть того же сэра Персиваля и Лору… все его интриги были задуманы из-за ее наследства, из-за денег…

— А что, было какое-то наследство? — перебила Дуся собеседницу, пока та не углубилась в литературные ассоциации. — Я имею в виду Татьяну, а не Лору.

— Ну как же! У Тани ведь была приличная квартира, и она, разумеется, досталась Александру…

— А больше вы про этого Александра ничего не знаете? Где он может жить сейчас?

— Чего не знаю — того не знаю…

— Да, вот еще что! — вспомнила Дуся промелькнувшую по ходу разговора мысль.

 — Вы упоминали дачу Таниного деда и сказали, что после его смерти эта дача досталась Татьяне. А вы не знаете, кому она отошла после ее смерти?

— Ну, кому она могла отойти! — Сойкина фыркнула. — Наверняка этому Александру, как и остальное имущество! Ведь у Татьяны не было других родственников.

Мама ее умерла молодой, а отец вскоре женился и уехал куда-то, не то в другой город, не то в другую страну, в общем, она с ним связи не поддерживала.

— Вот как! — протянула Дуся. — А вы случайно не помните адрес этой дачи?

— Адрес — не помню, но зрительно очень хорошо помню, как туда добраться. Нужно доехать до поселка Щукино — вы знаете, это на Карельском перешейке…

— Оттуда дорога ведет на Териярви, но так далеко ехать не надо.

В двух километрах от Щукина есть маленькая деревенька, можно сказать — хутор, называется Нефедово. Так вот, дача Таниного деда вторая справа, ее очень легко узнать. Там резная квадратная башенка, и на крыше флюгер в форме петушка…

Дуся поблагодарила Сойкину и отправилась в родное отделение.

Ночью Лика лежала без сна и думала. Нужно что-то делать, иначе за ее жизнь не дадут и ломаного гроша. Только-только уселись вечером за стол, как явился Борюсик.