Первая леди для Президента

Просто идиотский сон из-за моих страхов, из-за того, что я натерпелась из тех времен, когда думала, что убила его. Айсберг пообещал, значит все будет хорошо. Я должна верить в его слова. Он никогда меня не обманывал.

Снова остановилась напротив письма, прошла несколько раз мимо и не выдержала. Мне нужно было его прочесть, чтобы успокоиться. Окунуться снова в нас, как будто заговорить с ним снова, как будто услышать его голос.

И снова перечитать, снова пролистать, просмаковать каждое слово. Потрогать буквы кончиками пальцев, когда в наш век технологий все пишется только в гаджетах, увидеть его душу, расчерченную прерывистой фиолетовой пастой от шариковой ручки по смятой бумаге.

По моим щекам текут слезы, а я все равно улыбаюсь. Он ошибается. Тогда мы оба оказались айсбергами друг для друга. Я ведь любила его с самого первого дня, с самого первого момента, как увидела. И он никогда не поймет и не узнает, как это вдруг ощутить, что ты любима, вдруг понять, прочувствовать каждой молекулой свою необходимость, почувствовать свою полную принадлежность и осознать тот самый выбор, который делают только один раз в жизни и только сердцем. Теперь я хочу верить, что у нас есть будущее, хочу верить, что мы вместе сможем преодолеть что угодно…даже разлуку. Я ведь могу ждать его до самой смерти. И, да, он прав. Моя душа только его.

Крики с улицы, слышна сирена где-то вдалеке.

– Заключенные сбежали. Утром…В лес.

Кто-то кричит за окном, полошит, будит всех, срывает с постелей. И я сорвалась, внутри больно сковырнулось.

Бросилась, кутаясь в теплый платок, к двери, распахивая ее настежь. А там уже Валя красная, одетая, сбивает снег с сапог и на меня смотрит. Глаза у нее испуганные, круглые, и подбородок дрожит.

– Там…там твой сбежал. Говорят, догнали и застрелили в лесу! Беги…беги, девка, пока не унесли. Потом не дадут увидеть! Беги!

– Не делай этого со мной, пожалуйста! Умоляю! Не делай этого с нами! Зачем? Зачееем!

Бегу вперед, не видя ничего перед собой, не слыша даже голоса Лизы, которая пытается меня догнать и, наверное, удержать.

– Петя…Петенька мой, прошу тебя…не надо. Не надо…

Себе под нос. Слез нет. Глаза болезненные и сухие. Но слезы комом, вихрем, цунами стоят в горле. Они разбухают, причиняя адскую боль и заставляя задыхаться.

– Я не смогу жить без тебя! Не смогу! Пожалуйстааа! НЕТ!

Последнее «нет»» закричала так громко, что заболели уши. Спотыкаясь в лес. Туда, где рыскает охрана, бегают собаки.

– Петя… я же люблю тебя.