– Что с тобой, Егор?"
"– Я вдруг вспомнил, как часто мы сидели здесь с тобой, как Новый год встречали, как я любил тебя на этой шкуре… Прошлое не выбросить, не забыть, да я и не хочу – разве можно отказаться от всего, что у нас с тобой было? – Он сел на подлокотник кресла и запустил руку в ее черные волосы, распущенные по спине. – Волосы у тебя длиннее стали, что ли?
– Они ж нарощенные у меня, росли плохо после ранения, – отозвалась Марина, прикрыв глаза и наслаждаясь движениями его пальцев по затылку. – Ты меня как кошку поглаживаешь, я сейчас замяукаю.
– Давай, а то рычишь все время. – Поцелуй в губы, потом еще один, и еще… но продолжения, к Марининому великому огорчению, не последовало – явился Хохол и с порога заблажил:
– Все ништяк, Малыш, сделал – вот паспорта, наш и загранник, права водительские…
– Это лишнее, – улыбнулся, отрываясь от Марининых губ, Егор. – Там ее нельзя за руль пускать – сразу заметут! А что с билетами?
– Вот тут лажа небольшая – только на завтра, на первый утренний рейс.
Я думаю, сегодня к нам никто не пожалует, а завтра я сам вас в порт отвезу, чтобы меньше светиться и меньше людей в теме держать.
– Спасибо, братан! – с чувством произнес Егор, пожимая Хохлу руку.
– Да ладно – по понятиям все, это не тебе, это – ей, – кивнув в сторону Марины, ответил Женька. – Я ж за нее отвечаю. Ладно, мешать не буду – собирайтесь.
– Женька, на пару слов, – позвала Коваль, встала из кресла и поднялась в кабинет, велев Хохлу идти следом. Закрыв дверь и прислонившись к ней спиной, Марина посмотрела на прошедшего к окну телохранителя: – Ты позвонишь Розану? Я все оставляю на него, пусть связывается со мной по телефону, который мне Егор дал, я трубку оставлю.
И ты звони мне, ладно? – тихо добавила она, глядя на удрученное лицо Хохла. – Обещаешь?
– Да. Ты не переживай, все нормально будет, мы присмотрим. Живи спокойно, лечись.
И он, мягко отстранив ее от двери, ушел, чтобы не травить душу себе и Марине заодно. Она же вернулась к Егору и забралась на руки, целуя его лицо, к которому уже начала понемногу привыкать.
– Ты знаешь, как я люблю тебя?
– Детка, ты стала так много говорить о любви, что я начинаю подозревать тебя в измене! – пошутил он, отвечая на поцелуи. – Может, стоит наказать тебя, а?
– Стоит, только попозже, – засмеялась жена. – Пойдем погуляем немного? Я весь день дома сижу, хочу подышать.
– Идем, но придется по-английски разговаривать.
– Потерплю.
Они бродили по расчищенным от остатков снега дорожкам.
