Первый курс для попаданки

Айзен скользнул по мне взглядом.

А вот я могу смотреть на него – отметила про себя с долей превосходства. Может, потому что выросла в мире, где смотреть в глаза собеседнику – это норма?

В ответ у меня внутри вновь зародился жар. Будто вспыхнула крошечная искра там, где был медальон, и захлестнула горячим потоком все тело.

Кадык Айзена дернулся, будто принц резко сглотнул. Затем Айзен перевел взгляд на Джиллиан.

– Идите, – сказал с видимой неохотой и отступил.

Секретарь коротко кивнула и продолжила путь, а я только хмыкнула.

Все-таки странный он. Хотя не страннее, чем моя реакция на него.

Госпожа Гилли толкнула дверь в кабинет ректора и сказала:

– Входите, вас ждут.

Я с любопытством и опаской переступила порог.

В прошлый раз меня внутрь не пустили. Я разговаривала с ректором в коридоре. А сейчас, оказавшись в кабинете, начала крутить головой.

Помещение было просторным и светлым. Одну стену, выходящую во двор Академии, занимали три огромных стрельчатых окна с арочным верхом. Сквозь них лился рассеянный дневной свет.

За большим массивным столом сидел ректор. Стену над его головой украшал портрет короля Ортреда, почти такой же, как в столовой.

На столе перед ректором лежала кипа бумаг. Когда я вошла, он как раз просматривал их, сдвинув брови. Услышав голос Джиллиан, Драмиэль Саррах поднял голову и окинул меня изучающим взглядом.

В ответ медальон обдал меня жаром. Таким же сильным, как от взгляда Айзена. А может, даже еще сильнее. Но я уже привыкла к такой реакции, так и что и бровью не повела. За что мысленно себя похвалила.

Мой ответ прозвучал не очень уверенно. Ведь утро было совсем не добрым.

– Чай или кофе? – тут же спросила госпожа Гилли, которая так и торчала у меня за спиной.

– Мне ничего, а студентке Синичкиной то, что она захочет, – распорядился ректор.

– Я тоже ничего не хочу, – быстро заверила.

Джиллиан кивнула и вышла из кабинета. Ректор жестом пригласил меня присесть на стул с другой стороны стола.

Под его внимательным взглядом стало неловко. Я ждала, что он начнет спрашивать о вчерашнем, это ведь логично, иначе зачем еще меня сюда привели? Но Драмиэль Саррах молчал. Просто разглядывал так, что у меня на коже взбесились мурашки.

– Гхм, – вопреки правилам приличия, я решила первой прервать молчание.