Первый паладин

– Прошу прощения за столь неподобающий прием, но я с трудом уговорила соплеменников не бросать тебя посреди леса на съедение волкам. Утром тебя выведут из леса, а пока побудь здесь. Темница у нас используется редко, но гулять по поселению просто так, чужаку никто не даст, уж извини.

– Понятно. А не подскажешь, сколько я был без сознания?

– Около половины ночи. Осталось немного до рассвета.

В этом мире, по понятным причинам, наручных часов ни у кого не было, поэтому время измерялось примерными долями, ориентируясь на восходы, закаты и полудень.

– А почему ты здесь? Неужели ты местный тюремщик?

– Постоянных стражей темницы у нас нет, я же говорила, она редко используется. Поэтому раз я за тебя попросила, меня назначили тебя и охранять.

– И то и другое. Сам понимаешь, людей здесь не любят, и помыслов твоих мы не знаем.

– Разве благородный поступок у трактира не указал на мои чистые помыслы?

– Возможно, и указал. А возможно и то, что всё это было спектаклем, дабы проникнуть к нам и выведать расположение анклава.

– Что ж, резонно. Мои вещи, надеюсь, в сохранности?

– За кого ты нас принимаешь? – Возмутилась девушка. – Тебе всё вернут на границе леса.

– Ну, тогда спокойной ночи. – После некоторой паузы обронил я, замечая что дальнейшие расспросы лишь вызывают недовольство у моей «тюремщицы».

Но ночь спокойной больше не была. Сон больше не шел, и, предчувствуя скорое утро, я решил одеться в сложенную в углу экипировку. Спать в ней было неудобно, но во время бодрствования она давала некое едва уловимое чувство уверенности.

По истечении около часа, лежа на аналоге местной «шконки», заботливо снабженной каким-то подобием матраса, в бесполезных попытках уснуть, я уловил легкий запах серы. Опять тот сон? Но я не сплю. Поднявшись с кровати, я подошел к решетке и запах лишь усилился.

– Эй, красвица! – Только сейчас я понял, что так и не узнал её имени – Что там у вас происходит? Откуда этот запах?

На лице подошедшей девушки читалось недовольство разбуженного человека:

– Какой еще запах? О чем ты говоришь? Вы все люди такие беспокойные по ночам?

– Я… Я не знаю.

Неужели ты не ощущаешь вони? – Её ответ поверг меня в замешательство. А тем временем, запах постепенно лишь усиливался, как и нарастающее чувство тревоги, – Мне кажется, скоро произойдет что-то очень нехорошее. Выгляни на улицу.

Но выйти из помещения она не успела, как за стенами послышался женский крик.

– Я пойду, проверю. Оставайся здесь!

– Как будто у меня есть выбор.