Первый паладин

Всё что я мог сделать в такой ситуации, это как можно сильнее напитать щит света прямо перед собой, в надежде, что он выдержит удар.

Один миг и единорог срывается с места, молниеносно двигаясь в моем направлении. Мне стоило огромных усилий, чтобы не развернуться и не побежать прочь, но я понимал, что единственная моя надежда, это выставленный передо мной барьер. И к счастью, он почти не подвел. Это «почти» заключалось в том что, таранный удар барьер выдержал, но раскололся, и прошедшая по инерции туша единорога отбросила меня не пару метров, от чего из меня едва не вышел дух.

Нормализуя сбитое от удара дыхание, я поспешил подняться, мысленно благодаря выдержавшую удар броню. Если бы не нанесённая на нее вязь священных знаков, то слой метала, скорее всего, прогнулся бы, ломая мне ребра. Хорошо хоть голова осталась цела. Нет, я всё-таки раздобуду себе шлем. Стоило подвернуться неудачно лежавшему на моей точке приземления камню, и не факт что я бы смог отделаться хотя бы легким сотрясением.

Единорогу тоже пришлось не сладко. Удар о барьер сбил с него излишнюю ретивость, заставив споткнуться и упасть на землю, чем не преминули воспользоваться находящиеся здесь лучники, посылая одну стрелу за другой.

– Прекратите! Мы его спасать пришли или убивать?!

Хотя в данной ситуации, возможно, не стоило пытаться достигнуть максимальных целей, если мы хотели сохранить свои жизни. Но я решил рискнуть.

Опомнившийся единорог же не стал дожидаться ответного удара. Поспешно поднимаясь на ноги, он заприметил новую цель – стоявшего ближе всех остальных рейнджеров Тисиила, и набрав разбег, он устремился к лучнику.

Тисиил, увидев летящего на него Хрантеля, панически побежал к спасительным деревьям. Было очевидно, что он не успеет, и я попробовал провернуть маневр, который еще ни разу не делал.

Я уже умел быстро выставлять щит света, не произнося литанию. Щит в таком варианте был слаб и чтобы напитать его действительно сильно, все-таки приходилось читать заученные слова.

Но я никогда не пробовал выставлять его на значительном отдалении от себя. Выпустив меч из руки, я сконцентрировался на желании спасти незадачливого рейнджера, поспешно читая слегка измененную литанию: «Нерушимая воля, встань пред ударом зла!» – Пространство между Тисиилом и Хранителем начало заметно мерцать, заставляя единорога потерять уверенность. «Воздвигни барьер меж живыми и бездной! Меж светом и тьмой! » – Свет заметно уплотнился, но недостаточно.