Первый, случайный, единственный

Снова тащиться в магазин она поленилась – решила потерпеть до вечернего стола. Потерпела, называется!

Соленых огурцов у него не было. Да у него и вообще ничего съедобного не было, кроме бутылки самогона, которую он извлек из своего дурацкого чемодана. Зато самогон оказался просто невиданный! Полина носу своему не поверила, когда ее собутыльник выдернул пробку из поллитровки.

– Это что, правда самогон? – недоверчиво спросила она. – А почему абрикосами пахнет?

– Потому что жерделовый. Абрикосовый то есть, – сказал он.

 – Я его из Таганрога привез, на юге все фруктовый гонят.

– Ну, погнали и мы, – улыбнулась Полина. – Три минуты осталось. Телевизор не работает, так что будем по часам ориентироваться, как в девятнадцатом веке. Помнишь, у Чехова твоего в одном рассказе туда-сюда часы переводили, чтоб Новый год поскорее наступил?

Он никак не отреагировал на «твоего Чехова» – неизвестно, знал ли, что тот тоже был из Таганрога. Полина знала об этом только от Евы, потому что тонкости школьной программы, естественно, забыла.

– Помню, – кивнул он. – Только не Новый год, а Рождество. Тогда ведь Рождество праздновали.

– Рождество ты, надеюсь, без меня отпразднуешь, – заметила она. – Что ж, с Новым годом, дорогой товарищ!

– С Новым годом, Полина, – сказал он. – С новым счастьем.

– Да уж, счастье так и привалило! – хмыкнула она. – Упаси Бог весь год такое счастье иметь.

Удивительно, что он помнил ее имя. Она, правда, тоже помнила, как его зовут – Георгием, но она-то помнила из-за кота, а он – гляди ты!

За окном и раньше рвались одиночные петарды, но, как только стрелки часов сошлись на двенадцати, началась настоящая канонада.

Небо озарилось разноцветными огнями, с улицы раздались веселые крики, и Полине тоже стало почти что весело. К тому же абрикосовый самогон оказался хорош не только на запах, но и на вкус. Однако в голову он ударил так, что Полина зажмурилась. Еще бы, без закуски, на голодный-то желудок!

– А ты чего остановился? – отдышавшись, удивленно спросила она, кивнув на его до половины выпитую абрикосовку.

 – Рюмку до дна не осилишь?

– Не знаю. – Георгий посмотрел на нее с каким-то виноватым недоумением. – Раньше осиливал, а сейчас что-то… Давно не пил. Но ты не волнуйся, когда уйдешь, я выпью и засну.

– Я и не волнуюсь, – засмеялась Полина. – Чего мне за тебя волноваться? Я бы и прямо сейчас ушла, чтоб твоему здоровому сну не препятствовать, да телефона службы спасения не знаю. Слушай! – вдруг вспомнила она.