Первый закон

– Итак, – промурлыкал он, протянув руку к инструментам, – с чего бы начать?

Он выбрал одну из игл, наклонился вперед, крепко ухватившись второй рукой за набалдашник трости, и принялся аккуратно зондировать зубы пленника.

«Да, зубы у него оставляют желать лучшего. Пожалуй, я предпочел бы свои».

– Ну ничего себе, да они же в ужасном состоянии! Прогнили насквозь. Вот почему у тебя изо рта так воняет. Этому нет оправданий для человека твоего возраста.

– А‐а‐а! – завопил убийца, когда Глокта дотронулся до нерва.

Он попытался что-то сказать, но со щипцами во рту из этого вышло меньше толка, чем у практика Инея.

– Спокойно, спокойно, у тебя была возможность сказать свое слово. Может быть, позже тебе представится еще одна. Я пока не решил. – Глокта положил иглу обратно на стол, печально покачивая головой. – Твои зубы – это позор. Отвратительно! Решительно заявляю, что они вот-вот выпадут сами по себе. И знаешь что? – продолжал он, беря со стола маленький молоточек и зубило. – Мне кажется, тебе будет гораздо лучше без них.

Наступило серое утро, в лесу было холодно и мокро. Ищейка сидел и думал о том, что раньше все было лучше, чем сейчас. Так он сидел, следил за вертелом, поворачивал его время от времени и старался не слишком нервничать из-за того, что приходится долго ждать. Тул Дуру не помогал ему в этом. Он расхаживал взад-вперед по траве, огибая древнюю груду камней и снова поворачивая назад, – стаптывал свои огромные сапоги, нетерпеливый, как бешеный волк.

Ищейка смотрел, как Тул вышагивает: топ, топ, топ. Он давно понял, что великие бойцы хороши только для одного дела: для боя. Для всего остального, особенно для ожидания, они ни к черту не годятся.

– Может, присядешь, Тул? – спросил Ищейка. – Удобных камней здесь полно. У огня теплее, и все такое. Сядь, дай своим топталкам отдохнуть, а то я начинаю дергаться.

– Ты мне предлагаешь сесть? – прогремел гигант, сворачивая к Ищейке и нависая над ним, словно огромный дом. – Как я могу сидеть, да и ты тоже?

Потом он нахмурился, принялся разглядывать развалины и всматриваться в чащу из-под тяжелых бровей.

– Ты уверен, что это правильное место?

– Это правильное место. – Ищейка уставился на каменную россыпь, отчаянно надеясь, что не ошибается. Однако он не мог отрицать, что ни единого знака пока не видно. – Придут они, придут, не волнуйся.

«Если их всех не поубивали», – добавил он мысленно. У него хватило ума не произносить это вслух.