Первый закон

Мучительно двигая плечами, стянул с себя куртку, одной непослушной рукой расстегнул пуговицы на рубашке, вытащил булавку, которой была скреплена повязка, и осторожно отодрал ткань от раны.

– Как она выглядит? – спросил он у Длинноногого.

– Как прародитель всех струпьев, – пробормотал тот, вглядываясь в его плечо.

– Ты хочешь, чтобы я ее понюхал?

– Просто скажи мне, воняет или нет.

Навигатор склонился вперед и изящно потянул носом воздух возле Логенова плеча.

– Отчетливый запах пота, но это, должно быть, из-под мышки.

Боюсь, среди моих выдающихся талантов медицина не числится. Для меня все раны пахнут более или менее одинаково.

И он снова заколол повязку булавкой. Логен с трудом натянул рубашку.

– Если бы она загнила, ты бы это понял, можешь мне поверить. Такая рана воняет, как разрытая могила, а стоит гнили забраться в тебя, как от нее уже не избавиться, разве что вырезать ножом. Мерзко, когда так получается.

Он поежился и осторожно приложил ладонь к пульсирующему плечу.

– Э-э, да, – отозвался Длинноногий, уже шагая прочь по почти пустынной улице. – Тебе повезло, что с нами эта женщина, Малджин. Ее умение вести беседу крайне ограничено, но что касается врачевания ран – я видел это собственными глазами и не откажусь засвидетельствовать, что она способна зашивать кожу спокойно и невозмутимо, как искусный сапожник. Воистину так! Она обращается с иголкой проворно и аккуратно, словно портниха самой королевы! Весьма полезное умение в этих краях.

Я ничуть не удивлюсь, если ее талант еще пригодится нам, прежде чем мы доберемся до цели.

– Так это опасное путешествие? – спросил Логен, стараясь влезть обратно в свою куртку.

– Ха! На Севере всегда царили дикость и беззаконие, сплошные кровавые распри и безжалостные разбойники. Все ходят вооруженные до зубов и готовы убить за один взгляд. В Гуркхуле иноземные путешественники рискуют в любой момент попасть в рабство и остаются свободными лишь по прихоти местного правителя.

В городах Стирии головорезы и воры поджидают на каждом углу, если городские власти не ограбят тебя сразу, прямо на входе в городские ворота. Воды Тысячи островов кишат пиратами, и порой кажется, что их там столько же, сколько купцов. А в далеком Сулджуке чужестранцев боятся и презирают – тебя вполне могут подвесить за ноги и перерезать тебе глотку после того, как ты спросишь дорогу.