– Так ты говоришь, Богданов знал, кто их слил?
– Я не знаю, – устав от разговора, Аля попыталась его поскорее закончить, но у Кириллова на этот счет были свои планы.
– Алька…
– М-м-м?
– Ты хоть представляешь, как я волновался?
– Спасибо, – невпопад улыбнулась та. Кого послушать, так она заставила поволноваться едва ли не всех знакомых. Вот только почему для этого ей нужно было попасть в плен? Почему до нее никому нет дела в обычной жизни? И даже Богданову нет… Теперь, когда угроза миновала? И миновала ли она в принципе? Самое страшное, что Алина даже в этом не была уверена.
– Аль, а давай все начнем заново, а? Выходи за меня, Алька… Мы ж с тобой вместе горы свернем.
Аля всегда думала, что для Кириллова она – гарантия преемственности президентского кресла. За расположение отца, за возможность влиять на его решения боролись сразу несколько кланов, но только член семьи мог получить привилегии перед остальными. Понимала мотивы Дениса и Аля. Может, потому у них ничего и не вышло? Она всегда хотела быть для кого-то желанной просто так.
Хоть для кого-то…
– Нет, Денис. У нас бы не получилось. Да и я другого люблю. Там… слишком далеко все зашло, понимаешь?
Кириллов недобро сощурился. Но Аля старательно отводила взгляд и не видела ни этого, ни того, что маска на его лице будто бы истончилась, на какой-то миг обнажив его истинную суть.
– Неужели ты думаешь, что человек возможностей твоего майора при желании не нашел бы, как на тебя выйти? Да ты же не нужна ему! Поимел – и выбросил.
«А кому я вообще нужна?» – хотелось крикнуть Але, но она не стала.
Может, у нее такая судьба – быть никому не нужной?
К счастью, начинался учебный год, и ей можно было хоть как-то задраить брешь в душе. Отвлечься.
– Блин, вот знала же, что перед первым сентября в поликлинике будут огромные очереди, и все равно дотянула! – сокрушалась приятельница Али, Машка. Та растерянно кивнула, разглядывая лица сидящих в очереди к гинекологу девчонок.
– Угу. Каждый раз одно и то же.
– В следующем году, зуб даю, начну медосмотр, как положено, в начале августа! В июне-июле еще половины врачей нет, но к августу они ведь подтянутся, как думаешь? А если вдруг кого не будет – можно и в последний момент пройти.
Большинство студенток, конечно, напрягала необходимость стоять в очереди, когда там, на улице, догорали последние летние дни, и только Алю радовала такая перспектива. Она готова была делать что угодно, лишь бы не думать. И не вспоминать. О своих ночных кошмарах. И о разбитом сердце.
