Плод-то еще толком не укрепился, – поиграла бровями медсестра и с намеком уставилась на Алю, до которой смысл сказанного дошел не сразу. – Эй! Ты куда?!
Алина не ответила. Прижимая сумку к животу, будто это могло ее защитить, она выскочила из кабинета и помчалась куда глаза глядят. Пока не натолкнулась на… мужчину. Высокого. Крепкого. Она в него как в скалу врезалась.
– Извините.
– Тш! – шикнул… Демьян. – Нужно поговорить. И лучше без лишних глаз.
Глава 14
Еще месяц назад, если бы она вот так в него врезалась, он бы этого даже не ощутил.
Точней, не так. Её бы Демьян почувствовал непременно. И отреагировал бы соответствующим образом. Как любой нормальный мужчина, самец, на близость понравившейся самки. А сейчас… какой там? Он едва от боли не зашипел. Рука дернулась, чтоб накрыть штопанный-перештопанный бок, и лишь усилием воли он пресек это движение. Не хотел показывать ей свою слабость. Хотя, конечно, в сложившихся обстоятельствах это было довольно глупо. В конце концов, она его видела вообще без сознания.
Залитого кровью и едва живого. Уже не контролирующего ни-че-го. Видела таким слабым, каким только может быть человек, застыв на волосок от смерти. Только благодаря ей он на этом тоненьком волоске продержался до самого госпиталя. А там его вытащили, хотя был момент, когда даже бывалые военные хирурги засомневались, что у них это получится.
И теперь Демьян чувствовал с Алей странную связь. Такую связь, которая у него раньше была лишь с мужиками из группы. Но Аля ведь не мужик.
Аля – девчонка… Да нет! Все же женщина. Теперь уж он в этом не сомневался – настоящая большая женщина. И, если так посудить, боец. Если не по факту, то по своей сути. Ему под стать. С тех пор, как очнулся, Богданов думал о ней, не переставая. Практически так же часто, как о работе и мести.
– Извините, – бросила она не глядя.
– Тш! – шикнул Демьян, все ж не до конца справившись с болью. – Нужно поговорить. И лучше без лишних глаз.
Надо было видеть ее лицо, когда она его узнала! Богданов даже криво улыбнулся, забыв о боли.
Столько недоверчивой радости, столько облегчения было в ее глазах.
– Господи! Демьян! – она бросилась его обнимать. Порывистым, каким-то изломанным движением вскинула руки и опять об него ударилась. Демьян с шумом втянул носом воздух. А между тем, не понимая, какую боль ему причиняет, Аля затараторила: – Они мне не говорили, что с тобой! Пичкали транквилизаторами и не говорили, сколько я ни просила.
Богданов зло сощурился.
