– Это на неё похоже, – усмехнулся я вполголоса.
– А как тебя к ним занесло? Они, вроде, далеко загородом давно живут. Папа постарался?
– Я сам. Решил покататься за городом, случайно застрял в луже, а дочь Николаевича вытащила меня трактором.
– На тракторе? – удивилась мама. – Сама? Во даёт!
– Угу, – кивнул я и продолжил нарезку хлеба, которую мама не закончила, видимо, потому что пришёл я.
– А как там Коля поживает? Настя? Боже! Столько лет с ними дружим и ничего почти друг о друге не знаем. Как-то после института разъехались, дети появились, новые дома, квартиры, телефоны…
– Николаевич нормально поживает.
А Настя… – хотел сказать прямо, но подняв взгляд и посмотрев в мамины горящие любопытством глаза, решил смягчить фразу. – Нет её, в общем.
– Как это нет? – нахмурилась мама и застыла с банкой каких-то грибов в руке. – Развелись тоже, что ли?
– Умерла она, мам. Давно. Лет десять назад.
– Как? – выдохнула мама.
Словно в замедленной съемке наблюдал за тем, как из ее руки выскользнула банка и разбилась вдребезги об пол.
Сама мама начала как-то странно оседать. Будто хотела сесть, но даже не проверила есть ли за ней стул.
– Чёрт! – в два шага подошёл к ней, едва успев подхватить на руки и усадить на стул. – Ты как?
– Как умерла? Мы же ровесницы! Быть такого не может.
– Рак, – ответил я коротко.
– Боже! – запустила она пальцы в волосы и стала покачиваться из стороны в сторону. – И как они… как они живут?
– Нормально живут, – попытался ее подбодрить. Взял переданный мне Кешей стакан с водой и поставил перед мамой.
– Вот, соленья-варенья отправили. Не переживай ты так. Всё у них хорошо.
– Мама, не ходи тут, – менторским тоном проговорила Кеша, собирая в совок осколки банки вместе с грибами.
– Держи, – положил перед мамой пачку салфеток и помог сестре убрать всё с пола.
Мама тихо всхлипывала. Опираясь локтями о стол, смотрела в пустое пространство прямо перед собой.
– Рамиль, – позвала она меня тихо. – Съездим к Коле и его дочери во второй половине сентября? У меня отпуск.
Хочу увидеться с ними. Может, помочь чем-то нужно.
– Съездим, – кивнул я и убрал влажную тряпку обратно в ванную комнату. – Николаевич, все равно, звал на картошку. Не знаю, насколько серьёзно его предложение, но, если что, есть повод.
– Съездим, – уверенно кивнула мама, кажется, успокоившись. – А у тебя номера его, случайно, нету? Может, обменялись?
– Нет. Но батя дал ему свою визитку.
– Визитку? – сухой смешок вырвался из маминых легких.
