Полина ночевала не в доме, а в коттедже, потому ее следы никак не могли оказаться здесь. Да и вообще. Если бы что-то случилось с ребенком или самой Полиной, то Никита взял бы свою машину и увез семью в город, уж точно не отправил бы жену одну в полной темноте. Между этими двумя были как раз те отношения, о которых Нина мечтала всю свою жизнь. Когда любовь и доверие являются основой существования. Когда между тобой и твоей второй половинкой нет ни тени недосказанности.
Когда ты знаешь, что так будет завтра, через месяц, через год. Так будет всегда.
У самой Нины так почему-то не получалось. Все ее попытки разбивались о быт, об обстоятельства, о нежелании ее мужчин что-то решать, за что-то отвечать, нести ответственность и за свои поступки, и за нее, Нину. И последнюю попытку тоже следовало считать неудачной, как бы Нине ни хотелось обманывать себя дальше. «Никогда Штирлиц еще не был так близок к провалу», — мрачно думала она, вышагивая по дороге и не замечая красоты, скрытой сейчас ночной тьмой.
Дурацкая была идея отправиться на прогулку в темноте. И чем она только думала?
Впрочем, несмотря на всю очевидность совершенной ошибки, обратно Нина поворачивать не спешила и упорно продолжала идти вперед. Кого она догоняла? Зачем? Минут за десять до того, как она дошла бы до конца аллеи, мелькнул просвет, показывающий, что там впереди трасса, и у развилки Нина вдруг увидела машину.
Такси. Пассажирская дверца открыта, на сиденье кто-то сидит.
Не отдавая отчет в собственных действиях второй раз за сегодняшнее утро, Нина шагнула в сторону, сошла хоть и с присыпанной снегом, но все-таки вычищенной аллеи в сугроб и спряталась за березой. Нине хотелось увидеть, что будет дальше. Минуты через три из такси вышел водитель, обошел машину, открыл багажник, достал из него средних размеров коробку и поставил на снег.
Пока он возвращался на свое место, с пассажирского сиденья вышла большая, неуклюжая, завернутая в меха фигура. Неуверенно потопталась, обретая равновесие, захлопнула дверцу, махнула рукой, мол, уезжай, и направилась к коробке.
Пожалуй, Надежду Воронину Нина была готова увидеть меньше чем кого бы то ни было.
