Пес войны. Трилогия.

Это ты убила его, – резко ответила одна из девушек.

– Верно. Я убила его. Но наш господин Арстан знает об этом. И потом я всё ещё госпожа замка и делаю только то, что сама пожелаю, – с мрачной усмешкой ответила Смайта.

– За что ты убила его? – спросил порезанный ею краг.

Отступив в сторону, он зажимал ладонью длинный порез над узорчатым ремнём. Пальцы его окрасились кровью, а тонкая рубашка насквозь пропиталась красным.

– Мне нужно было провести ритуал вызова меча. И я его провела, – коротко ответила Смайта.

– Зачем? – не унимался раненый.

– Тебя это не касается, – неожиданно прогремел голос Арстана, и все присутствующие согнулись в поклоне. – Вам ясно сказали, что я знал о ритуале. Что вам ещё не понятно? – продолжал бушевать хозяин замка, стремительно врываясь в шатёр.

Обнажённый родовой меч чуть подрагивал в его руке, словно стремился вырваться и поразить когото из стоящих перед ним родственников. Хорошо зная необузданный нрав хозяина, молодые краги принялись отступать к стенкам шатра, стараясь делать это незаметно.

Никому из них не хотелось прослыть трусом, но и умирать ради развлечения хозяина замка тоже не входило в их планы.

Убедившись, что желающих спорить с ним не находится, он взмахнул мечом и, презрительно скривившись, приказал:

– Убирайтесь вон! А ты, – тут он указал мечом на пострадавшего крага, – после похода явишься ко мне за наказанием.

– Но, господин, я же хотел только соблюсти твои интересы, – взвыл от отчаяния раненый.

Он отлично знал, что за наказание может придумать для него извращённый разум всесильного крага.

– Ты ещё спорить со мной будешь, сопляк?! – рявкнул в ответ Арстан, взмахивая мечом.

– Господин, не надо! – шагнула вперёд Смайта и, прикрыв парня своим обнажённым телом, быстро продолжила: – У нас впереди тяжёлый поход. Сохрани ему жизнь. Если он сможет проявить себя достойно, то ты придумаешь ему лёгкое наказание, а если нет, то он сложит свою голову в первой же стычке. Нам нужны смелые краги. Трусы могут сразу покончить с собой.

– Ты, как всегда, проявила мудрость настоящей госпожи замка, – одобрительно усмехнулся хозяин замка и, погладив её по обнажённой груди, добавил, – за это я тебя и ценю.

Пусть будет потвоему. В знак своего расположения я дарю тебе его голову. Если он сможет проявить себя, наказание назначишь ты. Если нет, делай с ним, что хочешь.

Виновник скандала охнул и тут же прикусил язык. Это распоряжение означало, что его жизнь теперь полностью находилась в руках госпожи Смайты.