Пешка в большой игре

Три кита, три министра друг за другом приглядывали да друг друга придерживали, а хозяин следил, чтобы они своё дело делали, да поправлял, если что не так.

Потом начали перестраиваться, правовое государство строить. Но то ли чертежи оказались неправильные, то ли материал негодный, то ли строители хреновые. Незаметно стали трёх министров «силовыми» называть и тем самым официально признали, что вместо правового силовое государство вышло: кто сильнее — тот и прав.

Кулак более прав, чем слово, нож — чем кулак, пистолет — чем нож, танк или атомная подлодка — чем всё вместе взятое.

Единый строгий хозяин почил в бозе, или, выражаясь современным языком, откинул копыта. На смену пришли другие: не такие единые, не такие строгие и не такие хозяева. И пошла между собой тáска: вроде за всё старое — деньги, власть, дачи — да методами новыми… То народ стенка на стенку пускают, то из автоматов перестрелки устраивают, то танковыми пушками долбят прямой наводкой…

А министры силовые уже не на пенсию или «другую работу» переводятся, а прямиком в тюрьму один за другим отправляются.

И без хозяина каждый на себя химичит, свои шкурные интересы отстаивает, а о пользе дела никто не думает…

Система сдержек и противовесов перестала существовать, потому что мышиная возня вокруг сиюминутных задач не предполагает кропотливого сбора и целенаправленного использования информации, которую к тому же некому передавать и которая, по большому счёту, никого, кроме любопытного обывателя, не интересует.

В этих условиях сильная специальная служба, возглавляемая умным и волевым человеком, не ставящим целью личное обогащение, получала чрезвычайно широкие, практически безграничные возможности.

Военный транспортный вертолёт, взлетевший с бетонной площадки, находящейся за многокилометровым забором с колючей проволокой поверху в Юго-Западном округе столицы, взял курс на северо-восток.

День был солнечным, и тень бронированной машины пересекала жилые кварталы, промышленные районы, улицы, площади и автострады, очереди за акциями АО «МММ», автостоянки, сонмы коммерческих ларьков, кишащие озабоченным людом рынки.