Пешка в большой игре

Поликлиника КГБ СССР никогда не имела вывески, поэтому ничего не приходилось менять в ходе сотрясающих ведомство реорганизаций, тем более что обслуживаемый контингент не менялся, даже если служба отделялась и становилась самостоятельной.

Сысоев остановил «Ауди» в ста метрах от массивных дверей подъезда с аккуратными шторками на стеклянных проёмах. Морщась, полоснул по пальцу ножом, обмотал платком и быстро подошёл ко входу. Здесь он убрал платок и открыл дверь.

Отставник-вахтёр привстал с места, но кровоточащий палец поставил его в тупик: как быть? Вход разрешён сотрудникам по удостоверениям и членам семьи по пропускам.

Окровавленная рука пропуском не является, но выталкивать раненого, который уже видит мельтешащие тут и там белые халаты, тоже неловко. Он быстро снял трубку внутреннего телефона и соединился с заведующим.

— Оказать неотложную помощь в вестибюле, дальше не пускать, — распорядился тот. — В случае необходимости вызвать «скорую».

Гена, не дожидаясь разрешения, прошёл к регистратуре, показывая рану молоденькой санитарке, стоящей за стойкой.

— Сейчас, — пискнула та, вытаскивая из стола вату и кусок бинта. — Где йод?

Сверху уже спускалась медсестра с сумочкой, в которой имелось всё необходимое.

Через несколько минут порез был обработан и забинтован. Не сказав ни слова, медсестра ушла. Молоденькая санитарка смотрела с сочувствием.

— Как это вас угораздило?

— Колесо в машине менял. — Гена обаятельно улыбнулся. — Как вас зовут?

Дальше всё пошло по плану: вечером он отвёз её домой, на другой день они сидели за столиком в ресторане, а потом лежали в постели.

Поскольку Гена разыскивал армейского товарища, который вроде бы служил в системе ГБ, девушка нашла медицинскую карту Васильева, списала адрес и телефоны и передала новому другу.

Гена сразу же позвонил.

— Васильев будет в конце недели, — ответили на службе.

— Он в командировке, — прояснила дело жена.

— Знаете, когда я окончательно убедился в том, что вы не связаны с КГБ? — Смит улыбался одними глазами, и уголки губ чуть подрагивали.

 — Когда узнал, что вы сидели в тюрьме! КГБ не позволяет сажать своих людей…

— Похоже, вы защитились на КГБ, — деланно-небрежно сказал Асмодей. Он думал о том, что они поторопились уничтожить карточку в информационном центре ГУВД. Если ЦРУ решит проверить его ещё раз и пойдёт по этому пути, то отсутствие официальных сведений о судимости вызовет серьёзные подозрения.

— Ещё одним доводом явилось то, что за нами никто не следит.