Пешка в большой игре

А если закрутится по-серьёзному, статус офицера гарантировал передачу дела военному следователю. Плеско знал: что бы ни говорили о независимости военной юстиции, но и военные прокуроры, и следователи, и судьи носят армейскую форму, «ходят» под Министерством обороны и выполняют его приказы гораздо чётче и тщательнее, чем какие-то там гражданские законы. А начальник столь специфического подразделения знает много таких вещей, что лучше не отдавать его на расправу… Могут, конечно, организовать несчастный случай, но вряд ли его же подчинённые сделают всё как надо, даже не из большой любви к шефу, хотя он всегда обращался с людьми по-человечески, а из опасения создать прецедент: «Сегодня — ты, а завтра — я…»

В своих рассуждениях майор Плеско был прав, но он не брал в расчёт майора милиции Котова и генерала госбезопасности Верлинова.

О Верлинове неожиданно и пошёл разговор во время получения очередного заказа.

— Это трудная задача, она не каждому по плечу. — Черноволосый, с ровным пробором человек деловито распаковывал пачку жевательной резинки. — К тому же вопрос политической важности. Несколько лет назад скорее всего вы бы получили официальное задание и выполнили его за зарплату. Увы… Всё изменилось! Сейчас задание неофициальное, хотя и исходит из правительственных кругов. Его стоимость оценена в двадцать тысяч долларов.

Единственное, чего он опасался в своей работе, — что его уберут заказчики. Страховкой здесь служили два обстоятельства: ликвидация старшего офицера ГРУ неизбежно вызовет большой шум, на ноги поднимутся угрозыск, контрразведка, специальные армейские подразделения. И второе: устранить профессионала такого уровня непросто, он может опередить киллера и уж наверняка оставит серьёзным людям координаты того, кто объективно заинтересован в его смерти.

Совсем другое дело, когда заказ исходит из высших сфер. Отработанный инструмент уничтожается — таков обязательный принцип сохранения тайны… Но отказаться ещё опаснее.

— Пожуйте, — человек с пробором протянул пластинку жвачки. — Вы-то никогда не курили, а я недавно бросил. Только резинкой спасаюсь. Берите, берите — для зубов очень полезно. Не пробовали?

— Пятьдесят процентов вперёд, — вместо ответа сказал Плеско.