Пешка в большой игре

— Они и у нас под ногами путаются, — в сердцах воскликнул начальник военной контрразведки. — Вечные конкуренты, мать их в душу!

— Но делают твои конкуренты всё топорно, концы не зачищают, на этом и можно сыграть, — продолжил Верлинов. — Мы скомпрометируем вояк, а значит, и тех, кто их поддерживает — званиями осыпает, наградами… А если генералитет поприжать, поубирать кой-кого, то танки уж на прямую наводку никто не выведет: настроение у старших и средних офицеров известное…

— И как ты думаешь это сделать? — заинтересованно спросил Борисов.

Все присутствующие знали, что разрабатывать многоходовые комбинации и далеко идущие планы начальник антитеррористического управления не умел, не любил и не особенно это скрывал.

— Есть один вариант. — Верлинов ещё полюбовался зажигалкой, сунул её в карман и встал. — Назовём его «Расшифровка». А подробности за обедом, шашлык через две минуты будет готов…

Четверо крепких мужиков в спортивных костюмах направились в гостиную.

Главный фигурант оперативного дела «Расшифровка» Александр Каймаков были принят под наблюдение на выходе из института.

У дежурной бригады имелась его фотография, к тому же микрофон подавал сигнал, и, нацелив на объект пеленгатор направленного действия, лейтенант Сенченко по мигающей лампочке убедился, что ошибки не произошло.

— Какой-то он зачуханный, — сказал лейтенант. — И сильно боится…

Вид у Каймакова действительно был нездоровый — мешки под глазами, бледное лицо, нервно-воспалённые глаза. Сутулился он ещё сильнее, чем обычно, дёргался, озирался по сторонам.

Мятое, потёртое во многих местах пальто и потерявшая форму кроличья шапка выслужили все положенные сроки носки.

Под руку старшего научного сотрудника держала инспектор отдела статистики Вера Носова, насчёт которой у институтских, да и всех других мужчин мнение было единодушным: страстная и фигура хорошая, а вот рожа подгуляла.

— Сейчас все, кто не грабит, зачуханные, — флегматично ответил водитель. — И все чего-то боятся. А у него причины имеются…

Наблюдаемая пара в метро не пошла, что вызвало у Сенченко вздох облегчения — нырять в плотную человеческую толпу он очень не любил.

Каймаков неуверенно топтался у кромки тротуара, но Вера привычным жестом тормознула частника, мгновенно сговорившись, прыгнула внутрь и втащила спутника за собой.

Отпустив автомобиль на пятьдесят метров, бригада наблюдения двинулась следом. Через два километра оперативники заподозрили неладное, а ещё через два убедились в обоснованности своих подозрений.