Песнь о Сиде

 – Или мы тебя на кусочки растащим по всему Неаполю!

И ватагой кинулись на Сида. Тот захохотал. Гаспаро в это время пытался докричаться до своей банды.

– Да не его! Не его! Того, за прилавком! Это он колдун!

– Успокойтесь! – повысил голос Дельгадо. – А ну, к стенке!

Мальчишки как зачарованные выстроились у стены и злобно вперились в Эзру. Тот невозмутимо достал из коробочки красненькую конфетку, усмехнулся и сунул ее в рот.

– Ясно, – сказал он и посмотрел на Сида. – Неплохо разыграно.

– Что? – изобразил идиота помощник.

Дельгадо подошел к Альберто и спросил:

– В надежном месте, – доверительно сообщил тот. – Мы обменяем ее на тебя!

– А где ты был? – спросил Дельгадо. – Мы тебя искали!

– У тебя дома! Я не знаю почему, но…

В разговор влез Эзра.

– Я согласен. Давайте меняться. Я вам верну вашего Дельгадо, а вы мне принесете трость.

– И в червя не превратите! – велел Гаспаро.

– Это уж точно, – хмыкнул Эзра.

– Тогда мы за тростью? – спросил разрешения Альберто.

Дельгадо кивнул и посмотрел на Эзру. Тот достал еще одну красную карамельку и усмехнулся. Прежде чем мальчишки вышли из лавки, Сид не забыл отнять у Гаспаро свежеукраденную статуэтку балерины.

– И что дальше? – спросил Дельгадо.

– Ты все слышал. Меняем тебя на трость.

– То есть я свободен? – спросил Дельгадо. – И Сид не придет по мою душу?

– Придет, – вздохнул Эзра, – таковы правила. Есть только одно исключение.

– Если ты будешь работать на меня, ты сможешь пользоваться браслетом.

– То есть мне нужно будет делать то, что сейчас делает Сид?

– Надеюсь, нет, – покачал головой Эзра.

– Ясно, – хозяин лавки посмотрел на Сида и спросил: – Теперь доволен?

– Я? – делано удивился тот. – А что я? Я туповат, хефе, я просто выполняю твои поручения! О чем речь? Кого-то надо убить? Ты сам решил предложить ему работу!

Эзра встал из-за прилавка и пошел в подсобку.

– Забери у мальчишек трость и введи Дельгадо в курс дела.

– Почему он?! – искренне возмутился Сид.

– Он умеет управляться с неуправляемыми детьми вроде тебя.

Калеб проснулся от совершенно неожиданного, если не сказать невозможного, в тюрьме звука. Кто-то перебирал струны гитары. Ночью, после отбоя, прямо в камере. Калеб открыл глаза и уставился на мужчину, сидящего на соседней койке. Незнакомец почему-то не был одет в тюремную робу.