Песочные часы

Сеньор Мигель не домосед, постоянно куда-то уезжал. Оно и понятно — в мирное время хозяин редко прибегал к его услугам.

Спешно закончив обед и кинув на стол горстку монет, Тьёрн направился к нашему дому. Важно представился управляющему, как протеже мага сэра Тиадея, презрительно скривился при попытке задать ещё какой-то вопрос, будто случайно, качнув подвеской с колдовским знаком, и попросил доложить о себе либо хозяину, либо хозяйке.

Норна дома не было (я даже начала беспокоиться, не случилось ли чего), а норина Мирабель, разумеется, никого не принимала.

Но Тьёрна это не остановило. Я узнавала в нём черты, присущие другим магам: высокомерие, лёгкое презрение к простым авердам, непоколебимая уверенность в собственных силах и правоте.

— Думаю, меня норина примет. Пустили же вы врача? Так считайте, что я врач. Нет, разумеется, я могу уйти, но без меня виконтессе Тиадей лучше не станет. А виконт Тиадей не погладит по голове за твёрдолобое упрямство.

Управляющий сдался, попросил Тьёрна подождать в приёмной, велев мне быстро сбегать и взглянуть, спит ли госпожа.

Она не спала, лежала на кровати, уставившись в одну точку. И будто не моргала. Я несколько раз окликнула её перед тем, как дождалась какой-либо реакции.

Положила купленные лекарства на столик и доложила, что её хочет видеть один человек — «Он поможет вам, госпожа, сделает так, чтобы сердце меньше болело».

Норина ответила всхлипом, замотала головой и уткнулась лицом в подушку.

Маг пробыл у неё около двух часов, за это время из-за двери не донеслось ни звука.

Потом вышел, довольно улыбаясь, и выписал счёт за услуги. Подумав, приложил к нему листок с именем и столичным адресом.

Заглянув в спальню, увидели, что госпожа сидит, откинувшись на подушки. На столике стояли пустой стакан и открытая бутылочка с лекарством.

Норина Мирабель выглядела уставшей, с резко обозначившимися скулами, поникшими уголками рта, но не плакала. Обернувшись на робкие шаги горничной, попросила чего-нибудь поесть.

Не знаю, что с ней сделал Тьёрн, но госпоже определённо стало лучше.

— Если вдруг понадоблюсь, я остановился на постоялом дворе «Танцующая лошадь». Был бы рад, если бы ты прогуливалась возле него каким-нибудь вечерком, город показала…

Я предпочла промолчать: для всех мы незнакомы. А то неизбежно начнутся вопросы, и всплывёт то, что хотелось бы скрыть.

Хозяин появился тогда, когда мы уже забили тревогу. Как ни странно, твёрдо держался на ногах, вид имел презентабельный и даже велел накрывать к ужину.