Песочные часы

К окну меня не подпустят, повеситься не успею, утопиться без посторонней помощи в ванной сложно. Что мне ещё остаётся, не головой же о мебель биться!

Норн внимательно наблюдал за моими хаотичными передвижениями по комнате, потом снял камзол и убрал его в гардероб.

— Иди в ванную, сейчас я кое-что достану и приду.

Разумеется, я никуда не пошла, забившись в самый дальний угол.

Хозяин вздохнул и на время оставил меня в покое. Проверил кристаллы на столе, потом подошел к шкафчику в опасной близости от меня, извлёк оттуда стеклянную бутылочку и отнёс в ванную.

— Пойдём, Зеленоглазка! Понимаю, что страшно, девушкам всегда страшно.

Потянулся ко мне, коснулся пальцами волос, очертил абрис лица, остановившись на губах. Янтарные глаза не сводили с меня взгляда, и этот взгляд мне не нравился: я видела в них желание. Как я определила? Просто такой взгляд ни с чем не ступаешь, даже если сама подобного чувства никогда не испытывала.

Одна рука легла мне на шею, другая гладила спину, спускаясь всё ниже. Я попыталась пресечь его прикосновения, но пальцы норна были упрямы, раз за разом возвращаясь на прежние позиции.

Он прижимал меня всё крепче и крепче, теперь обе руки с лёгким нажимом скользили по бёдрам.

Губы коснулись шеи, заставив вздрогнуть.

— Зеленоглазка, вода остынет, пойдем.

— Так и скажи, что боишься. Ладно, так и быть, понежишься в тёплой водичке одна. В неё влили специальный успокоительный состав.

Норн отпустил меня, но я и не думала двигаться с места, глядя на него со смесью страха и негодования.

— Хорошо, всё будет традиционно, — пожал плечами хозяин и, подхватив на руки, перенёс меня на кровать. — Посиди, я быстро. Опасно, конечно, оставлять тебя одну: вдруг сумеешь открыть окно? И такое ароматное масло пропадает, в Кеваре такого нет…Дорогое, стоит почти столько же, сколько и ты. Неужели не хочешь даже понюхать?

Воспользовавшись минутной потерей бдительности, норн поцеловал меня.

Планы хозяина мгновенно изменились. Игры кончились, пути к отступлению отрезаны.

Он начал с поцелуев, дразнящих, то лёгких, то требовательных.

Ванна благополучно остывала, а его пальцы постепенно всё выше и выше задирали подол. Наконец платье с меня стянули, и я осталась в красном кружеве белья.