Пестрые человечки

Подстава!

— А эти фотографии тоже подстава? — разозлился Игорь Витальевич и кинул на стол несколько фотографий.

Подруги с любопытством взглянули на них. На первой фотографии снова была Мариша, которая входила в дом в обществе мужчины. На этот раз это был не Симон. И даже невооруженным глазом было видно, что Мариша и ее кавалер здорово пьяны. На второй и всех следующих фотографиях Мариша была также в обществе мужчины, каждый раз нового.

— Этих парней я не знаю! — решительно отказалась Мариша.

— Странно, фотографии разные, а одета ты везде одинаково, — нахмурилась Аня.

 — Похоже, что это тоже монтаж.

— А вот еще фотографии! — сказал Игорь Витальевич и вытащил еще какие-то кусочки бумаги.

Подруги схватились за них, и рты у них дружно приоткрылись. На фотографиях Мариша была в немыслимом наряде в виде крохотных трусиков с блестками и таком же крохотном лифчике. Вдобавок на нижнем белье были прорезаны три аккуратные дырочки. Сверху Мариша была прикрыта прозрачной накидкой.

Она смотрела прямо в объектив, а сзади нее стоял мужчина с намерениями еще более прозрачными, чем накидочка на плечах у Мариши.

— Надеюсь, ты не станешь утверждать, что этот наряд не твой? — осведомился у Мариши Игорь Витальевич.

— Есть у меня такое белье, — ошарашенно произнесла Мариша. — Но мужчина… Его не было, когда тетка Лиса меня фотографировала. Это монтаж!

— Конечно, монтаж! — поддержали ее Инна с Аней и Тамара Ильинична.

— Монтаж, монтаж! — заорал на нее Игорь Витальевич.

 — Что вы заладили как попугаи? Думаете, мне нравится самому позорить свою дочь? Я бы и сам был рад поверить, что это монтаж. Но это все правда! И вот еще доказательства!

И он достал еще какие-то бумаги, которые небрежным жестом фокусника швырнул на стол.

— Что это? — недоуменно спросила у него Аня.

— Прочитайте и узнаете! — холодно посоветовал ей Игорь Витальевич.

Инна первой схватила бумаги.

— Это отчет детектива! — воскликнула она. — Тут говорится о всех передвижениях и контактах Мариши за последние пять дней.

Мариша схватилась за голову.

— Какая низость! — воскликнула она. — Никогда ему этого не прощу! Какая скотина! И это он мне в благодарность, что я с него пылинки сдувала!

— О ком это ты? — удивилась Инна, на секунду оторвавшись от чтения бумаг.

— О Смайле! О ком же еще? — ответила ей Мариша.

— А при чем тут Смайл? — рассеянно спросила у нее Инна.

— Ну как же? — растерялась Мариша.