Пестрые человечки

— Мне тетка Лиса их подарила! — в отчаянии воскликнула Мариша, чувствуя, что ее подставили, но все еще не до конца веря в это и не понимая, кому и для чего это понадобилось делать.

— Я должен подумать, — сказал Игорь Витальевич. — И я должен еще раз переговорить с отцом.

— Вы оставите нам вот это? — спросила у него Инна.

— Я хотел их уничтожить, — с сомнением ответил Игорь Витальевич. — Но… Но ведь вы можете это сделать и сами.

С этими словами он поднялся и поспешно покинул квартиру дочери. Его никто не стал удерживать.

Марише, ее матери и подругам было о чем поговорить и без Игоря Витальевича.

— Мне все-таки кажется, что тут не обошлось без Смайла, — вздохнула Аня. — Мариша, ты в самом деле уверена, что у него нет любовницы?

— Теперь я уже ни в чем не уверена, — махнула рукой Мариша. — Ведь по всему выходит, что я и в самом деле занимаюсь проституцией. Да еще вдобавок я наркоманка. Все заработанные проституцией деньги тут же трачу на дозу.

— Ты не наркоманка, — строго напомнила ей Инна. — А вот насчет любовницы твоего мужа Аня, может быть, и в точку попала.

Кто-то хотел скомпрометировать тебя перед мужем. А кому это нужно, как не его любовнице, которая мечтает занять твое место?

— Но как в таком случае эти пакостные снимки оказались у моего дедули? — спросила у них Мариша. — И с какой стати фамилия дедули стоит в графе заказчик в отчете детективного агентства?

— А скажи, с какой стати самому дедуле проявлять после стольких лет интерес к твоей персоне? — спросила у нее Инна. — Он тебя не видел, не знал, а тут вдруг вспомнил про тебя, раскошелился и даже нанял детектива, чтобы выяснить, как ты проводишь свой досуг.

Это же полная чушь, ты не находишь?

— Под старость у людей каких только причуд не случается, — неожиданно вздохнув, произнесла Тамара Ильинична. — Вот моя собственная бабушка взяла и завещала все свое имущество какому-то благотворительному фонду для бедных, хотя всю свою сознательную жизнь утверждала, что если человек беден, то, значит, он либо ленив, либо туп, либо и то и другое вместе.

И в любом случае помогать ему, все равно что пытаться иглой заштопать пропасть.

— Ты хочешь сказать, что дедушка собирался оставить мне наследство, а кто-то про это узнал и вознамерился расстроить эти планы? — спросила у матери Мариша.

— Не знаю, — вздохнула Тамара Ильинична.

— Вряд ли, — с сомнением произнесла Мариша. — Во-первых, дед меня совсем не знает, а следовательно, и не любит. Во-вторых, у него есть трое детей. Две дочери и сын.