Петля

Я шагал по комнате туда и обратно, в висках стучало от выброса адреналина. Я тебя раздавлю, сука, быстрее, чем ты думаешь. В порошок сотру. Тварь… Не мог стоять на одном месте, в голове очередной план выстраивался, и я уже мысленно разрабатывал последовательность действий.

— А насколько долго все это может оставаться незамеченным?

— Пока он не почувствует, что произошла утечка конфиденциальной информации. На данный момент заметить вмешательство практически невозможно.

— Отлично. Копируй все данные и фиксируй каждый шаг.

Глеб, в долгу не останусь.

— Не стоит и уточнять, Андрей. Я знаю.

Закончил разговор и уселся в кресло. Даже глаза закрыл, чтобы насладиться моментом и тишиной. День какой-то нервный выдался, хотелось все по полкам разложить. Чтобы все по местам. Четко и слаженно. Когда каждый делает, что ему поручено и обеспечивает нужный мне результат. Глеб, Изгой, Макс — мы работали сейчас в одной связке, и пока что все шло, как и должно. Не знаю, сколько времени я просидел здесь в полной темноте, подниматься наверх не хотелось.

И тут я заметил, как в коридоре на втором этаже зажегся свет. Так-так, и кто там у нас крадется? Сидел неподвижно, молча наблюдая, что же дальше. Не знаю, почему, но вся эта ситуация меня начала одновременно и злить, и забавлять. Она явно не заметила, что я вернулся. Идет тихонько, босыми ступнями по ступенькам шагает, по сторонам оглядывается — точно воришка. В короткой атласной ночнушке, которая едва прикрывает ягодицы и полностью обнажает стройные ноги. Одна тонкая бретелька спустилась на плечо, грудь с торчащими от напряжения сосками приподнимается в такт ее дыханию, а я сижу и не шевелюсь. Рассматриваю каждый сантиметр ее тела и с предвкушением жду, когда она подойдет ближе. Меня опять простреливает острыми импульсами возбуждения. Красивая ведьма. Экзотическая, яркая, огненная.

После того, как Александра преодолела последнюю ступеньку, я, внезапно включив торшер, строгим тоном спросил:

— И что ты здесь забыла?

Я не слышала, как он вернулся. Если б знала, что сидит там в кромешной тьме и поджидает меня, я бы из комнаты носа не показала.

Мне просто ужасно захотелось есть, я целый день провела у себя, не решаясь выйти, а днем уснула. Провалилась в сон, и мне снилось это проклятое отрезанное ухо Сами. Снилось, как отец кричит на меня, что я сама виновата в том, что все это произошло со мной. Кричит, что презирает меня, потому что я не такая, какой должна быть его дочь, и ему стыдно, что у него родилась подобная тварь.