Петля

Лучше бы он придушил меня в колыбели. Его глаза пылали ненавистью, и от ярости дергалось веко. Мне казалось, он вытащит пистолет и пустит мне пулю в лоб.

Когда проснулась, то долго не могла отдышаться и вытирала слезы ладонями. Самое страшное, что я понимала — мой сон вполне может быть явью и отец не простит мне того, что со мной случилось. Он во всем обвинит меня. Ведь это я, вопреки его желаниям и мечтам, занималась музыкой, я отстранилась от всего, что должно было интересовать девушку моего возраста в подобной семье.

Я поехала на этот конкурс и я в итоге оказалась в ловушке, в которую потянула за собой и его. Одному дьяволу известно, что именно требует Воронов от папы взамен на мою свободу. И я была убеждена, что это далеко не деньги.

Ближе к вечеру мне все же захотелось есть. В течение дня никто не приходил — в отличие от того дома, где все следили за каждым моим шагом. Впрочем, я не сомневалась, что здесь везде понатыканы видеокамеры. Они все равно наблюдают за каждым моим шагом. Когда я раздевалась в ванной, я неизменно показывала всем стенам и зеркалам средний палец.

Ублюдки. Смотрите и изойдитесь слюной, жалкие хозяйские псины.

Когда все звуки стихли и везде погас свет, я решила спуститься на кухню. Должна же быть кухня в этом чертовом доме, похожем на черно-белую тюрьму. Такой же мрачный, холодный и бездушный, как и его хозяин. От голода урчало в животе и пульсировало в висках. Меня успокаивало то, что никто не приходил ко мне. Никто не наведывался, ничего не спрашивал, не проверял.

Как будто обо мне забыли. Я много думала за этот день и решила, что нужно сидеть тихо, и тогда больше ничего не случится. Рано или поздно меня отсюда выпустят. Вернут отцу или… Или убьют. На последнем я старалась не зацикливаться. Если бы хотели — уже сделали бы это. Остается только набраться терпения и ждать.

Двигаясь возле стены, я неслышно ступала босыми ногами по холодному полу, спустилась по лестнице вниз и остановилась, пытаясь сориентироваться в темноте.

Черт, и где мне здесь искать кухню? Может, найти кого-то из охранников и попросить дать мне поесть? Но потом вспомнила, в каком виде я сюда выбралась, и передумала. Как только я миновала последнюю ступеньку, в ту же секунду включился свет, и от неожиданности я вскрикнула, прижавшись спиной к стене.

Он сидел внизу в кресле, пристально глядя на меня и поигрывая выключателем от торшера, явно наслаждаясь тем, что заставил меня испугаться или поймал с поличным.