Пятеро смелых

– А что вы думаете по поводу сирийского спецназа? – осведомился Павел, на минутку отвлекшись от поглощения наваристого борща.

– Это тебе надо думать, а не мне, – ответил генерал и пожал плечами. – Если эти ребята тебя устраивают, то я договорюсь.

– В крайнюю командировку мне довелось поработать с ними.

– Каково впечатление?

– Неплохие бойцы. По крайней мере не мешали и не делали глупостей.

– Ну так что? – Шестопалов держал ложку у рта. – Ты согласен усилить свою группу сирийцами?

– Смотря сколько дадите и кого именно.

– Об этом не беспокойся. Я сейчас же свяжусь с нашим представителем на базе Хмеймим и поставлю соответствующую задачу. Давай-ка еще выпьем.

Под найденное решение сотрапезники уговорили полбутылки. Генерал воспрянул духом, заулыбался и даже посветлел лицом.

Когда помощник убрал со стола пустую посуду и удалился, он подвел итог разговору:

– Стало быть, поступим так. Ты собираешь своих здоровых ребят, я звоню в госпиталь и пытаюсь договориться с докторами о выписке Силанова, Горбенко и Дубова.

Потом пробиваю тебе лучшее подразделение сирийского спецназа.

– Понятно. Когда вылет?

– По готовности, Павел. Как только соберешь людей, получайте на складе все необходимое и рвите на аэродром. Самолет будет ждать, машинами со спецсигналами я вас обеспечу.

– Ясно. – Новиков поднялся и спросил: – Разрешите идти?

– Подожди. Еще пара важных моментов.

Подполковник опять присел на край кресла.

– Сейчас в Хаваре находится наш сирийский агент, весьма одаренный и очень ценный специалист.

Он пообещал добыть сведения об охране усадьбы, где боевики содержат российских граждан. Твою частоту и позывной он знает. Его позывной – Борнео. Так что жди выхода на связь.

– Борнео, – повторил подполковник. – Да, его сведения помогли бы нам при штурме.

– И последнее. Я верю в успех операции, в то, что вы спасете наших людей и уничтожите логово террористов. Но запомни, что бы ни случилось, каким бы местом ни повернулась к нам Фортуна, вы должны забрать агента с собой на базу Хмеймим. Иначе его раскроют и он погибнет.

– Я все понял, товарищ генерал.

Едва за Новиковым закрылась дверь, Шестопалов поднял трубку и вызвал одного из заместителей.

– Разрешите? – спросил тот, через минуту появившись в кабинете.

– Заходи, Илья Валентинович. Присаживайся.

Офицер сел напротив, достал блокнот и ручку.

– Записывать ничего не надо. Информации мало, и так запомнишь, – сказал генерал, доставая из пачки сигарету. – Немедленно свяжись с руководством нашей базы в Сирии.