Пятиэтажка. Волшебному народу предоставляется общежитие

Гриц осторожно отстранился:

— Поздно уже. Ему пора возвращаться.

Она недовольно поморщилась:

— Он уже взрослый. Почему мы все время говорим о нем? Когда мы с тобой вдвоем?

Мужчина сделал шаг к кухне:

— Есть что-нибудь поесть?

— Конечно. — женщина снова прильнула к нему. — И первое, и второе, и десерт…

Она приблизила губы к его шее, но детектив снова вывернулся:

— Прости, устал на работе.

— Какое-то сложное дело?

— Да так, мальчишка один из дома сбежал. Целый день по подворотням его разыскивал. А он у тетки отсиживался… — как можно небрежнее ответил Гриц.

Женщина проскользнула мимо него на кухню. Свет она не включала. Детектив смотрел, как жена перемещается по помещению в темноте, словно по воздуху плывет, так легка была ее поступь. Наконец, она вновь повернулась к нему, держа в руках чашку:

Детектив осторожно принял подношение и собрался пригубить напиток. Но ему в ноздри тут же ударил знакомый травяной запах. Григорий лишь сделал вид, что отхлебнул чая, а потом сразу же отступил назад, в коридор:

— Пойду, надо еще посмотреть кое-какие бумаги.

— Пожалуйста, любимый…

Новая клиентка Грица, Оксана, была настолько завораживающе красива, что мужчина невольно залюбовался. Белокожая, с темными волосами, собранными в тугую косу, черными, как уголь бровями, удивительного цвета зелеными глазами и нежным румянцем. Одним словом, хороша!

Детектив кашлянул, отгоняя наваждение, и заговорил о деле:

— Итак, Оксана, вы обратились ко мне по поводу вашего жениха?

В этот момент к ним подошла официантка и подала напитки.

— Да. Я считаю, что с ним происходит что-то странное. Что-то плохое.

— Угу… — многозначительно произнес Гриц.

«Если он завел себе любовницу, то он идиот…».

— Что именно вас беспокоит?

Оксана задумчиво покрутила кофейную чашку вокруг своей оси:

— Мне иногда кажется, что он попал в плохую компанию. Или даже в секту…

— То есть, вы хотите сказать, что он подвержен дурному влиянию? — уточнил детектив.

— Простите, а сколько ему лет?

Тут девушка немного смутилась:

— Коле… Сорок три года.

Мужчина почувствовал, что его брови начинают ползти вверх, и срочно сделал усилие, чтобы удержать бесстрастное выражение лица. В конце концов, какое его дело, почему эта красавица, от силы лет двадцати пяти, встречается с мужчиной, годящимся ей в отцы.

— Вы не могли бы немного о нем рассказать? — попросил Григорий.