Пятиэтажка. Волшебному народу предоставляется общежитие

А потом, наняла тех парней… Она потребовала притвориться ведуньей, жить в общежитии, снять крышу под голубятню. А иначе плохо будет моим детям. Я сдалась… Правда, мне повезло, в качестве ведуньи я нашла еще больше клиентов, хотя занималась абсолютно тем же психоанализом, но люди верили в чудо… И тогда она с меня еще и процент стала брать! Снова рэкет…На этот раз угрожала разоблачением. Ох…

— Но если ты не ведунья, то откуда узнала, что у меня в детстве был несчастный случай, связанный с водой?

— Почти у всех людей в детстве был такой несчастный случай.

 — ответила Светлана.

— Подтверждаю. — Кивнула я. — От имени всех берегинь.

— А… Ну, тогда, извини, я был не прав. — наконец, признал коллега. — И, мне очень жаль, что я никак тебе не помог.

— Главное, все уже позади…

Снаружи послышался детский смех. Светины дети играли с председателем в футбол. Ее мама и Яга дружно сидели на скамейке и вязали. Васька и кикиморы разлеглись на солнышке и потихоньку тыкали своими царапками в клубки.

— Так вот.

 — продолжил витязь. — Госпожа Удальцова легализовала грифона как голубя и начала свою бурную деятельность. Сначала, они устранили единственного представителя власти, то есть меня. Да еще и получили от меня в наследство акцию. Правда, меня спас колдун, а второй раз они меня убивать побоялись.

— А, может, они думали, что ты и так мертвяк, просто не знаешь об этом? — предположил полевой.

— Главное, я никаких действий против них не предпринимал и стал весьма мрачен. Их это устраивало. Затем госпожа Удальцова осуществила рейдерский захват кикимор.

Потом, пригласили полевых, разослав им брошюры о кладах. Их тоже закабалили. Далее началась серия ограблений, произведенных грифоном с его острыми, как алмаз когтями и чешуей. Елена Александровна собирала информацию на рабочем месте и сообщала ему подробности: про сейфы и сигнализацию в ювелирном, про отъезд инкассаторов, про прибытие пенсии на почту… Следующим шагом был пруд, но тут вышла незадача. Водяной и сам тот еще мошенник по части сделок купли-продажи, рэкетеров русалки переманили на свою сторону. Оставались только полевые, которые пруд потихоньку закапывали. Собственно, все было прекрасно. Полагаю, следующая на очереди была Злата, и ее кафе.

— А я? — спросил Степа.

— А тебя они рассматривали отдельно. Вне преступной деятельности.

— Ух ты! — обрадовался своей исключительности луговик.

— Угу, как экземпляр кунсткамеры. — захихикали полевые.

— Музей… — мечтательно протянул паренек.