Пин-код для Золушки

Тот привычно сгруппировался, защищая коленями живот и закрыв голову руками.

Опомнившийся Кальмар, размазывая кровь по лицу, принялся отталкивать приятелей от поверженного Молчуна. Но те вошли в раж, и отогнать их было так же трудно, как волков, терзающих беспомощную жертву и уже ощутивших вкус крови.

— Драка расширяется, уже четверо дерутся! — передал «глаз».

— Продолжайте наблюдение! — невозмутимо ответил дежурный.

Честно говоря, «глазу» хотелось выскочить и разнять дерущихся.

Но он был хороший служака, хотя и молодой, а может быть, хороший именно в силу молодости, поэтому не поддался нерациональным чувствам и продолжил выполнять приказ.

Крики и шум слышал спрятавшийся во дворе, за машиной, Тощий. Он одобрил действия подельников, хотя и не понял, как они вдвоем сумели создать впечатление массовой потасовки. Но особо над этим не задумывался: некогда — «беретта» уже была нацелена на середину двери, оставалось дождаться, когда она распахнется и на порог выскочит не подозревающий о засаде полицейский…

Тем временем «Виктор» обошел дом сзади и из-за угла принялся рассматривать освещенный наддверным фонарем двор.

Он увидел только часть Тощего — правое плечо и руку с пистолетом, которую тот положил на крыло «Тойоты». Там, где «Виктор» прослужил всю жизнь, стрелять в плечо, в принципе, не рекомендовалось, потому что так можно и не вывести противника из строя. Но не тогда, когда стреляют из магнума 357!

Он взял револьвер двумя руками, для упора прижал кисть к стене, тщательно прицелился и нажал спуск.

Раздался грохот, «манурин» рванулся вверх, как вставшая на дыбы лошадь, но пуля уже вылетела и попала точно в цель. Чудовищной силы удар развернул Тощего, впечатал в борт «Тойоты» и выбросил на площадку перед домом. «Беретта» вылетела из простреленной руки, со скрежетом проскользила по бетону в сторону крыльца, на которое, точно следуя инструкции, выскочила «Сьюзен» с ружьем у плеча. Тощий не собирался оказывать сопротивления — у него не было ни сил, ни оружия, да и воля полностью подавлена. Он хотел одного — убежать как можно дальше и спасти свою жизнь, но «Сьюзен» об этом не знала.

Да если бы и знала, неизвестно — изменила бы она свое решение, которое основывалось на простом правиле — противник обезврежен тогда, когда он мертв.