Пипец Котенку! 4

Но сегодня, Ярослав, вы за это ответите.

— Прекрасно. То есть, вы уже заранее вынесли вердикт?

— Вердикт на этом деле будут выносить присяжные. За мной лишь определение приговора. Поверьте, я буду беспристрастен как всегда. Но с материалами дела я уже ознакомился, — Вениамин хмурится. — И должен сказать, что шансов у вас немного.

Глава 22

— Ну спасибо. Очень приятно слышать такое от судьи.

— Я ведь предупредил, это будет непрофессионально. Прошу простить и, надеюсь, этот разговор останется между нами, — с достоинством произносит Соколовский и удаляется.

— «Прошу простить», — передразниваю я, когда Вениамин Григорьвич уже уходит. — Макнуть бы тебя седой башкой в унитаз, тогда это было прощение.

«Да что с тобой не так, Ярослав⁈» — возмущается в мыслях Люсиль. — «Ты как будто специально ведёшь как быдло! Даже когда никого рядом нет».

«Потому что я и есть быдло», — вздыхаю. — «Ну, с точки зрения всех этих аристократов, что будут присяжными. Себя-то я считаю простым парнем. Что в прошлой жизни, что в этой я поднялся с самых низов.

"«Знаешь, я думаю, в этом твоя сила. Ты умеешь бороться и не ждёшь, что тебя из любой ситуации вытащит богатый папенька. Но, пожалуйста, постарайся держать лицо».

Я морщусь, глядя в зеркало и мысленно говорю:

«Ты специально за Василием повторяешь?»

«Да!» — ни капли не смутившись, отвечает Люсиль.

«Понятно. Ладно, раз вы оба так настаиваете, постараюсь быть паинькой. Но ничего не обещаю».

Поправляю галстук, смотрю на наручные часы и быстрым шагом отправляюсь в зал суда. Заседание вот-вот начнётся.

Перед входом в зал приставы заставляют меня деактивировать все заклинания, включая постоянный духовный доспех. Некомфортно себя чувствую без защиты. Даже на дуэли с Лещиковым было нормально, потому что там я был уверен в себе.

А здесь что-то не очень. В основном потому, что от меня мало что зависит. Решать мою судьбу будут другие, и это очень, очень, чрезвычайно сильно бесит.

Народу много. Только со мной прибыли пять человек: Света, Алиса, Жанна, Грозин в качестве моего защитника и Добрыня. Карлик очень недобро зыркает на присяжных и такое чувство, что готов им глотки перегрызть. Те на него внимания не обращают, сверлят глазами меня.

Также в зале находятся секретари, приставы, маг-менталист, помощники судьи, прокурор-обвинитель из Дворянской палаты, двенадцать присяжных и пара мутных ребят в глубине зала.