Пипец Котенку! 4

Ни одна стрела не пролетела мимо, все воткнулись в наши иллюзии.

Фантомы корчатся и вопят от боли. Мой подскакивает со стрелой в лопатке и типа начинает колдовать.

— Здравствуй, Китцхен! — злорадно восклицает Бремзин и бросается в атаку.

Осторожненько, чтобы не спалиться, творю слабые печати Обороны на иллюзию. Вроде как пытаюсь защититься, но слишком обескуражен внезапным нападением и гибелью подруг.

Скальпель Рихарда окутывается чёрным туманом, вокруг второй руки вьются кровавые щупальца. Герцог почти достигает меня, но потом останавливается.

— Шайсэ, — шипит он. — Снова тот же трюк⁈ Где ты? Где ты настоящий⁈ Выходи, трус!

Провокатор грёбаный. Сейчас я выйду, подожди немного.

— Жанночка, давай второго.

Та кивает, и за спиной герцога появляется другой фантом. Жанна вливает в него много маны, чтобы от иллюзии исходило сила.

— Я здесь! — объявляет фантом.

Рихард резко поворачивается. Пару мгновений оценивает и цокает языком:

— Найн. Это не ты.

Он отворачивается от фантома и вопит:

— Ну же, Китцхен! Ты боишься⁈ Правильно делаешь! Но давай сразимся, как мужчины! Умри достойно!

Ладно, говнюк, как скажешь.

— Люсиль, Алиса! В атаку! — кричу я.

Покров ещё действует, поэтому враги меня не слышат. Зато девушки слышат прекрасно — на монголов сразу же обрушиваются выстрелы и заклинания.

Жестом командую Жанне снять Покров с меня. Она кивает, одними губами шепчет «Удачи» и развеивает заклинания.

— Ладно, вот он я! — иду навстречу герцогу, снимая с пояса Шиповник.

На лице Бремзина появляется зловещая ухмылка.

— Я, гут. Дас бизт ду.

— Бизду? Ты материшься или опять по-немецки шпрехаешь?

— По-немецки, Китцхен. Благородный язык, которого тебе не понять.

— Ясно. Смотри, что у меня есть, — приподнимаю меч. — Это Шиповник. Тот самый артефакт, который ты обещал достать для князя Корсакина. Я сам его достал, как видишь.

За спиной герцога идёт суровый бой. Монголы магией не владеют и пытаются отбиваться с помощью своих луков и кривых мечей.

Рихард не обращает ни капли внимания на то, что творится с его союзниками. Весь сосредоточен на мне.

— Поздравляю, Китцхен. Достойное приобретение, — кивает он на Шиповник. — А что же князь?

— Так получилось, что я его прикончил.

— Ты настоящий мясник. Мне это даже нравится. Может, мы могли бы стать союзниками.

— Могли бы, — пожимаю плечами я.