Пиранья. Бродячее сокровище

 — Такие молодчики от денег не отказываются…

— Он не наемник, — перебила Кристина, все так же гордо восседая в кресле. — Он мой любовник.

— Боже мой, — дон Хайме самым что ни на есть трагическим видом обвел взглядом шеренгу потемневших фамильных портретов. — Это все проклятые Соединенные Штаты с их вольностью нравов… Говорил же я, что не следовало вас отпускать в эту богопротивную страну с ее полным упадком нравов… Слышали бы вас…

— Вы собираетесь сказать что-то еще? — тоном герцогини, распекающей нерадивого слугу, спросила Кристина.

— Пожалуй, — кивнул дон Хайме, безусловно пораженный в самое сердце столь шокирующей новостью. — Что же, если дела обстоят именно так… не пора ли подвести кое-какие итоги? Аквалангиста у вас больше нет. Без него вся затея бесполезна, вам самой лучше и не браться… Остается одно: передать все дела мне.

— А почему не пятьдесят? — саркастически усмехнулась Кристина.

Дон Хайме спокойно разъяснил:

— Простите, это невозможно. У меня были крупные расходы, и условия игры таковы, что более двадцати пяти процентов я вам никак не могу выделить. Для вас, в вашем положении, это все равно фантастическая сумма… Это полмиллиона долларов….

«Нехило, мать твою!» — воскликнул Мазур про себя и поднялся с кресла. Присев на подлокотник, крайне вольно обнял Кристину за плечи и, склонившись к ее уху, громко произнес, умышленно нанизывая вульгаризмы:

— Кристи, на твоем месте я не верил бы этому старому козлу ни на грош. Чует мое сердце, он тебе не отслюнит ни цента. Обязательно наколет.

Он чувствовал, как девушка напряглась от его бесцеремонных объятий — но из роли она выйти не могла, недавнее шокирующее заявление обязывало… Кристина не шелохнулась. Сказала задумчиво:

— По-моему, ты прав, Джонни… У меня точно такие же впечатления.

— Кристина! — укоризненно воззвал дон Хайме.