Пиранья. Охота на олигарха

Один из моих консультантов предсказывал именно такой финал событий – с той же мотивировкой, что и вы...

– Очень уж хорошо меня научили воевать, – сказал Мазур.

– И отлично. Потому что именно это умение нам и нужно.

– Ну, Кирилл Степанович... Серьезным людям. Очень серьезным. Находящимся на той ступеньке общественной лестницы, где вульгарные термины вроде «мафии», «криминала» и прочего просто-напросто неуместны. Слово «олигарх», кстати, я тоже терпеть не могу – во-первых, оно не вполне отвечает тому содержанию, что вкладывают в него за рубежом, а во-вторых, в последнее время, в свете известных событий, весьма неприглядный оттенок приобрело.

А посему не будем жонглировать терминами. Считайте нас Очень Серьезными Людьми – и это будет полностью соответствовать истине... Возьмите, это ваше.

Он положил на колени Мазуру коричневую кожаную папку, не особенно и большую, довольно легкую. Мазур взял двумя пальцами черную узенькую застежку, потянул. Внутри в два ряда, в два слоя лежали аккуратные пачки стодолларовых бумажек.

Двадцать штук.

– Двести тысяч, – сказал Михаил Петрович. – Это не аванс. Это, можно сказать, подъемные – помните, был такой советский термин? – а можно сказать, компенсация морального вреда, причиненного нашими усилиями. Это в полном смысле слова в а ш и деньги. Вы можете отказаться от моего предложения, выйти из машины и преспокойно удалиться с деньгами под мышкой. Никто никогда не причинит вам никакого вреда, все старое будет забыто. И живите в свое удовольствие, продолжайте потрошить неисправных должников.

.. – Михаил Петрович цепко взглянул на Мазура и стал из улыбчивого очень серьезным: – Но разве это занятие для человека вашего полета? Вы ведь, по нынешним меркам, зарабатываете этой, с позволения сказать, халтуркой сущие копейки. И, коли уж вы решились встать на нынешний путь, вас до конца дней будет грызть сожаление об упущенной возможности без особых хлопот и не столь уж серьезного риска заработать несколько м и л л и о н о в долларов.

– Несколько – это сколько?

– Я сейчас не могу ответить точно, – сказал Михаил Петрович.

 – Потому что вас, собственно говоря, ждет не вознаграждение, а п р о ц е н т от некоей сделки, ее конечная сумма пока что неизвестна, а следовательно, невозможно вычислить и ваш процент. Одно могу сказать с уверенностью: «несколько» – это, безусловно, больше одного миллиона. Но меньше десяти, предупреждаю сразу. Между одним и десятью – заранее можно сказать, уж, безусловно, больше одного-двух...