Пиранья. Охота на олигарха

– Хотите сказать, такие деньжищи можно заработать без «особых хлопот и не столь уж серьезного риска»?

– Ну конечно, будут и хлопоты, и риск. Но они не достигнут того пика, какого достигали во времена иных ваших зарубежных операций...

– Что вы о них знаете...

– Кое-что. Не все, но кое-что. Об а н а-л о г и ч н ы х, по крайней мере, я осведомлен. Знаю достаточно, чтобы ориентироваться в вопросе.

– Вам что, переворот нужно устроить где-нибудь на Крокодиловых островах?

– А вы способны, Кирилл Степанович?

– Не сочтите за похвальбу.

..

– Не сочту. Ни в коем случае не сочту. Я прекрасно понимаю, с кем имею дело. Великолепная боевая машина, со всем тщанием созданная рухнувшей империей...

– Хорошая формулировка, – сказал Мазур. – А главное, истине, в общем, соответствует... Пожалуй, я бы смог устроить переворот где-нибудь в Африке, на экзотических островах... В этих регионах своя специфика, знаете ли. Сплошь и рядом для успеха путча достаточно во главе взвода головорезов захватить лидера, парочку ключевых объектов.

.. В Европе, даже в большинстве стран Латинской Америки такое уже не проскакивает, но в тех регионах, о которых я говорю, – своя специфика... Я еще не одряхлел. Переворот устроить могу... и сорвать тоже. Особенно на островах вроде...

– Меня не интересуют острова, – мягко прервал Михаил Петрович. – Меня интересует прежде всего Африка.

– Приятно слышать, – сказал Мазур. – Есть места, где работать – одно удовольствие... Где именно вам нужно сбросить президента? За Египет, Зимбабве и уж тем более Ливию я бы не взялся.

..

– Вы шутите или начали рассуждать серьезно?

– Вполне серьезно, – сказал Мазур. – В тех странах, что я назвал, и еще нескольких, я бы не взялся устроить путч даже при названном вами гонораре... и ваших нешуточных возможностях.

– Ничего страшного. Эти страны нас как раз не интересуют.

– А какая интересует?

Михаил Петрович смотрел на него грустно, цепко, проникновенно:

– Кирилл Степанович, разговор подошел к той точке, когда следует определиться.

Либо вы берете папку, выходите из машины, и мы – честное слово! – начисто забываем о вашем существовании, либо разговор пойдет конкретный и назад вам пути уже не будет. Еще несколько фраз с конкретикой – и вы уже не сможете пойти на попятный...

– А вы – змей-искуситель... – сказал Мазур, усмехаясь.

С той же усмешечкой Михаил Петрович спросил:

– А вы имеете что-либо против выбранной м н о ю тактики?

– Я и говорю – змий... – сказал Мазур.