Пиранья. Война олигархов

Мазур обернулся, чуть сбился с шага, но лицо сумел сохранить.

Оксана, дипломатично отставая, указала на одну из поданных к трапу машин, светло-бежевую «тойоту» представительского класса, а потом открыла заднюю ее, красавицы, дверцу. Краем глаза Мазур перехватил оценивающие взгляды некоторых пассажиров бизнес-класса, спускавшихся следом. И, шевельнув бровью, прошествовал к машине, уселся на прохладное кожаное сиденье. Мягко закрыв за ним дверцу, Оксана угнездилась за рулем, и чудо японского автомобилестроения с тихим шелестом покрышек устремилось по бетонке к выезду с летного поля…

Мазур многое повидал в жизни, но вот чтоб так, прямо к трапу самолета ему подавали машину? Такого на его памяти еще не случалось… Машина миновала шлагбаум на выезде с летного поля.

Чуть сбавив скорость, покрутилась по территории аэропорта, выехала на пустое в этот ранний утренний час шоссе и понеслась в сторону города. Водила Оксана мастерски, стоит признать.

– Далеко ехать? – деловито поинтересовался Мазур, хотя больше всего на свете ему хотелось спросить: «А куда мы, собственно, едем и, главное, за каким лядом?»

– До отеля примерно двенадцать километров, дороги в этот час загружены не сильно, так что доедем быстро, Кирилл Степанович, – не отрывая взгляд от дороги, ответила Оксана.

Отель? Ну-ну. Исчерпывающе.

Откинувшись на сиденье и опустив веки, Мазур постарался расслабиться. Радио приглушенно-усыпляюще играло что-то классическое, кажется, из Сен-Санса. Машин на шоссе и в самом деле было мало, так что вскоре они въехали собственно в Одессу, и Оксана сбавила скорость.

Мазур, открыв глаза, смотрел на город, в котором, в ранешнее время, ему доводилось бывать не так уж и редко, и который изменился, как и все города постсоветского пространства, – но все же, все же…

Свернули на Приморский бульвар, прямо под «кирпич», и остановились у входа в трехэтажное здание с фасадом в духе итальянского ренессанса. Оксана, обернувшись, сказала деловито:

– Ну вот, Кирилл Степанович, мы на месте.

Отдыхайте пока, а вечером я за вами заеду. В восемь часов. Идет?

Мазур наклонился, прочитал название над входом – готель «Лондоньски», – и в ту же секунду этот самый вход – а точнее, толстая плита цельного матового стекла – распахнулась. На солнце вышел молодец в униформе, степенно спустился к машине и с таким видом, будто лично он является султаном Брунея, который лично встречает князя Монако, ручонкой в белоснежной перчатке открыл дверь со стороны Мазура.