Пиранья. Звезда на волнах

И Мазур тихонько произнес:

Товарищ Триколенко Николай Тельманович, он же довольно давно – Морской Змей, смотрел на него бесстрастно и холодно, так, что этот взгляд сам по себе для понятливого военного человека исключал всякие намеки на дискуссии, любую тень дискуссии. Все было бесполезно – и Мазур, вздохнув про себя, полез в лодку.

– Внимание! – сказал Морской Змей негромко и веско. – Всем быть готовыми к бою. Прорываться, если что, с полным усердием. Они уходят, – кивнул он на лодку с Безымянным Товарищем, Фань Ли и Лавриком, – а прочие прикрывают… Вопросы есть?

Не было вопросов.

Собравшийся здесь народ видывал виды, а потому какие тут вопросы в этой ситуации? Сначала сделай, а потом умри – ну что тут непонятного, ребята?

Хотя, конечно, лучше всего было бы и дело сделать, и не помереть, но это уж как повезет…

«Зодиаки» отскочили от берега, один за другим понеслись по неширокому извилистому лабиринту, спокойной воде меж крутых откосов в зеленой кипени джунглей. Моторы, само собой, были снабжены хитрыми глушителями, но лодочный мотор – все же не автомат, есть некоторая разница, а посему движки тарахтели погромче швейных машинок, и они летели в ореоле отчаянно рокотавшего эха.

Как если бы стрелять из мелкашки в бетонной трубе. Сюда-то они добирались на веслах, тихохонько, но теперь настал тот самый расклад, когда выбор меж скоростью и бесшумностью не в пользу последней…

Скверно, еще бы. Эти чертовы кораблики на подводных крыльях в скорости не уступали моторкам, если не превосходили чуточку.

Для того и сконструированы. Пока что погоня не могла дать полный ход – сторожевики малость покрупнее моторок и не могут нестись очертя голову по такому вот лабиринту, но в море, на открытой воде, преимущество будет явным. Мало того, сторожевику в море уютнее, чем «Зодиаку». Резинка с мотором не приспособлена для океанских гонок, ее главным образом используют для высадки на берег десантов и ударных групп…

Джунгли слились в сплошную зеленую полосу. Моторки неслись, закладывая отчаянные виражи, стремясь оторваться, насколько возможно, – и лучше не думать про то, что в открытом море им просто нечего будет противопоставить двадцатимиллиметровым автоматическим пушкам…

Вот уже на спокойной глади появились первые волны – море совсем близко, можно сказать, за поворотом.

Вот впереди засияла зеленоватая гладь, усыпанная мириадами солнечных зайчиков…

Третий сторожевик. Справа по борту. Того же типа, что два его систер-шипа, мчавшиеся сейчас по пятам.