Пиранья. Звезда на волнах

Потом потряс сжатым кулаком, что означало еще более идиотский приказ – затормозить вообще…

Но приказы, особенно в их кругу, не обсуждаются. Все три «Зодиака» послушно сбрасывали скорость, а там и вовсе остановились, покачиваясь на волнах, как поплавки.

Сторожевики на всякий случай тоже застопорили, оставаясь примерно в полумиле, растянувшись широкой цепочкой. Самолет назойливо кружил, выписывая почти что безукоризненные с точки зрения геометрии круги. И никакого «Нептуна» в пределах видимости…

Крепнущий свистящий рев! Тройка истребителей мелькнула с норда, прошла высоко над головами, вернулась.

«А ведь, похоже, поживем еще!» – ликующе подумал Мазур, сжавший автомат до боли в костяшках.

Истребители, сбрасывая скорость, закружили над всем этим бардаком – красные звезды на крыльях и фюзеляжах, насквозь знакомые «Яки» вертикального взлета, значит, где-то неподалеку и авианосец… Стоп-стоп-стоп! У Советского Союза нет и не было авианосцев, господа. У него есть лишь корабли, деликатно именуемые «авианесущими крейсерами», хотя, если разобраться, хрен редьки нисколечко не слаще, но таковы уж высшие соображения… Значит, где-то неподалеку, за горизонтом – родимый авианесущий крейсер…

Они задрали головы.

В небе заворачивалась нехилая карусель – истребители один за другим шли в лобовую на крошку-штурмовик, в последний момент, пользуясь превосходством в скорости, резко отваливали, проносились над кусачим ублюдком «Цессны» так близко, что его немилосердно швыряло воздушной волной…

Это продолжалось недолго.

Пилот штурмовика, превозмогши первый испуг, сумел трезво взвесить шансы. И принял унизительное, быть может, но единственно верное в такой коловерти решение – в один прекрасный миг он вдруг снизился в крутом пике и что есть мочи припустил в сторону берега, почти что на бреющем, метрах в десяти над волнами. Истребители рванули следом, аккуратненько взяв его в клещи.

Потом впереди, кабельтовых в пяти, вода забурлила и вспенилась, темное пятнышко на поверхности быстро превратилось в обтекаемую рубку атомной субмарины, по обе ее стороны появились широкие темные полосы… С фырканьем и клокотаньем, обрамленная струями стекающей с округлых боков воды, подводная лодка всплыла во всей своей могучей красе.

Буквально через несколько секунд над рубкой взвился родимый военно-морской флаг.

Сидевший рядом с Мазуром Лошарик выругался – восхищенно, длинно, затейливо.

– Удивительно точное определение, – сказал Мазур, ухмыляясь.

Лодка была громадна и грандиозна.