Узкий белый луч выхватил из мрака довольно широкий проход с бугристыми, неровными стенами. На первый взгляд, подходяще – сюда протиснулся бы не только пловец, а, пожалуй что, и грузовик мог въехать, попади он каким-то чудом под воду и сохрани там способность к самостоятельному передвижению. Пока что подходяще.
Он обернулся, показал большой палец страхующему Князю и жестами показал, что пойдет внутрь. Князь кивнул, пропустил между пальцами канатик из валявшейся у его ног бухточки. Другой конец был закреплен на пояснице Мазура, превратив его в некое подобие бобика на веревочке.
Что поделать, отцы-командиры с недавних пор стали осторожничать даже там, где, на взгляд Мазура, можно было бы продолжать по-прежнему рассудочно нарушать уставы и предписания благодаря особым условиям работы…
Видимо, все дело в том, что работа, похоже, подошла к концу. Носовая часть незадачливого фрегата старательно выпотрошена, пара центнеров золота с редкими добавлениями драгоценных камней доставлена на корабль.
Чему Мазур, как и другие, радовался не из-за достижения цели, а потому, что эта примитивная пахота выматывала даже больше, чем иной подводный поход в условиях, максимально приближенных к боевым. Было в ней что-то от простой разгрузки вагона с цементом – когда с помощью малогабаритных «пылесосов» и «ветродуев» пловцы вскрывали сгнившие ящики и доставляли золото на твердый грунт, в этом нетрудно усмотреть нечто творческое, как-никак работа сложная, порой небезопасная и уж никак не монотонная.
Но вот сновать, что твой челнок, буксируя к шлюзовому люку тяжеленные пластиковые мешки с желтым металлом… Точно, цемент. В товарном вагоне. Золото уже не воспринималось, как золото. Хитрюга Стивенсон лишь беглой скороговоркой обрисовал в «Острове сокровищ» труды своих героев по перетаскиванию клада на «Эспаньолу», а в них-то, как на собственной шкуре убедился Мазур, главные трудности и крылись. Все перестрелки с пиратами, если разобраться, были не более чем развлечением, веселым карнавалом.
Вот таскать мешки с золотом на горбу… Ручаться можно, не зря юный Джим Хокинс зарекся искать клады и зажил на берегу благонамеренной жизнью скучного фермера. Еще раз это пережить – нет уж, увольте…
Он приостановился, уцепившись за выступ скалы. Поправив на поясе тяжелую кобуру с подводным пистолетом, посветил вниз. Нет, показалось – это не кусочек светлого металла, а случайная рыбешка, отчего-то неподвижно стоявшая над каменным дном.
