– Ну зачем ты мне повторяешь измышления буржуазной пропаганды и отечественной демократуры? Осуждены подобные методы давным-давно… ведь, в конце-то концов, есть средства, гораздо более эффективные и гуманные, нежели ржавые пассатижи… Но мы и их не применяли. Все гораздо проще. Девочка далеко не дура. Она поняла, что вдруг в одночасье осталась на белом свете без друзей и крепкого мужского плеча…
– На хрен ей мужское плечо? – цинично усмехнулся Ковбой. – Ей как раз женские подавай…
– Ну, я же в переносном смысле, – терпеливо сказал Мазур.
– Что ты к словам цепляешься? В общем, дошло до нее, что ей нужна защита, которую не смогут предоставить ни зубная паста, ни прокладки с крылышками. И она была откровенна. Правда – я и тут с тобой откровенен – она знала не особенно много. Придется тебе ее показания пополнять. Мне нужно, чтобы ты ответил на все мои вопросы касаемо того кургана, что «черные археологи» копают сейчас неподалеку от монгольской границы. Хребет Монгурах. Тот самый курганчик, к которому ты воспылал.
И уже успел предпринять кое-какие шаги… только я не знаю – какие. Но ты мне сейчас обо всем расскажешь, как на исповеди.
– А моя выгода? – быстро спросил Ковбой. – Может, как-нибудь поменяемся? Вы мне – свободу рук касаемо раскопа, а я вам – содействие?
– Эх, Антоша… – сказал Мазур. – Наобещать-то можно много, а вот что до выполнения… В понятие «свобода рук», я так понимаю, ты вкладываешь содействие в овладении и вывозе?
– Допустим…
– Аппетит у тебя… – сказал Мазур. – Извини, но служба на такое, с позволения сказать, сотрудничество никогда не пойдет.
Очень уж вонючая была бы сделочка. Да и гораздо рациональнее приставить тебе нож к горлу, нежели помогать нарушать законы независимой России… Ладно, – жестко сказал Мазур. – Я тебе могу обещать одно. Мы не будем тебе мешать. В конце-то концов, это не наша функция – заботиться о сдаче государству найденных кладов. Ясно? Тебе не будут мешать, сможешь выкопать золотишко и увезти, пока мы заняты своими делами, – твое счастье. Если нет… Ну, не повезло тебе, что тут скажешь… И это максимум того, что я могу для тебя сделать.
Пока мы будем поглощены своими заботами, используй момент…
– Перспективочка-то не особенно радостная…
– А ты оцени откровенность, – сказал Мазур. – Я ведь мог тебе, не краснея и не моргнув глазом, пообещать золотые горы. Заверить, что мы тебе лично грузовички подгоним с трезвыми грузчиками в смокингах и белых перчатках… А потом обмануть. Но я с тобой предельно честно играю, Антоша.
