Не собираясь тратить время на борьбу, Торин схватил обеими руками голову своего противника и что есть силы нажал большими пальцами рук на его глазные яблоки. Бандит заорал от боли и схватился за лицо. Торин почувствовал под одним из пальцев влагу, когда тот провалился в глазницу. Кажется, он выдавил один глаз. Автомат выпал из рук бандита, и Торин, схватив его за плечи, швырнул во второго противника, который, оторвав наконец руки от окровавленного лица, опять схватился за оружие.
Тело его вопящего товарища врезалось ему в грудь и выбило из рук автомат.
Но бандит, оскалившись от боли в разбитом носу, зарычал как зверь и выхватил нож. Торин ждал нападения. Бандит сделал два пробных обманных выпада, но его противник стоял не шелохнувшись и никак не реагировал. Тогда бандит, ослепленный болью, решился и нанес удар ножом снизу в область живота. Торин мгновенно перехватил руку с ножом и дернул ее на себя. В этот же момент он подставил ступню под ногу противника так, что тот споткнулся и потерял равновесие.
Рука пирата в этот момент несколько ослабла, потому что он пытался удержаться на ногах. Торин, держа одной рукой за кисть противника, второй схватил его за плечо и резким ударом о собственное колено сломал руку бандиту в локтевом суставе. Тот заорал от боли, выронил нож. Торин отпустил искалеченную руку, схватил бандита за горло, сжав хрящи своими стальными пальцами так, что там что-то хрустнуло, и опрокинул назад на спину. Когда бандит падал, Торин подставил свое колено под поясницу.
Раздался хруст, и тело противника со сломанным позвоночником растянулось на земле. Конечности его мелко подергивались, перекошенный рот пытался выдавить какие-то звуки, а глаза, переполненные ужасом и болью, уставились в небо над головой. Первый пират продолжал орать, держась руками за лицо, и кататься по земле. Спецназовец подобрал свой автомат; выстрелом в голову прекратил мучения бандита и бросился к своему товарищу.
Торин склонился над Горбачевым. Под телом была кровь, голова тоже была окровавлена.
Пальцы, положенные на шею, ощутили биение пульса, значит, человек был лишь без сознания. Перевернув Николая на спину, Торин стал его осматривать. Прострелена рука, но плечевая кость, кажется, не задета. Потеря крови, но не настолько, чтобы это было опасно для жизни. Голова разбита или падением о камни, или зацепило осколком гранаты. Поверхностная рана, пустяк, решил Торин.
Стрельба внизу стала ожесточеннее.
