Сергеича тоже нет. В трюме не хватает примерно ста тонн груза, остались следы разгрузки.
– Ничего не предпринимайте. Через два часа будьте с катером в условной точке, где высаживали нас в прошлый раз. Мы подъедем, тогда и решим, что делать дальше.
Лодка стала погружаться. Корнеев стоял рядом с капитаном и смотрел на показания глубинометра. На глубине двенадцати метров лодка остановилась, но толчка не последовало. Наверняка они знают, какие здесь глубины, и опасаются острых скал, поэтому не положили лодку на грунт.
Из бокового прохода вбежал человек и что-то стал говорить капитану, как понял Корнеев – по-арабски. Тот выслушал его, кивком отпустил и что-то приказал экипажу по-малайски. Судя по всему, потребовал соблюдения тишины. На лодке все замерли. Наверняка это акустик, догадался Корнеев, услышал шум винтов и прибежал докладывать. Или наши ребята на катере подошли, или патрульный катер морской полиции или военных. Хреново, если нас обнаружат и начнут кидать глубинные бомбы, подумал Дмитрий Сергеевич.
В мои планы такой вариант не входит.
Прошло больше часа, когда капитан подозвал к себе одного из своих моряков. Выслушав бородатого, тот подозвал к себе еще троих, и они стали выволакивать из каких-то ящиков акваланги. Значит, не рискует капитан подняться на перископную глубину, решил Корнев. Малайцы очень быстро и уверенно облачались. Это выдавало определенную выучку, возможно, службу в королевских ВМС. Но почему четверых, недоумевал Корнеев, для разведки достаточно и одного, максимум двоих.
Значит, над нами маленькое судно и задача аквалангистов не просто узнать обстановку, но и, по возможности, перебить всех, кто там сейчас наверху.
Торин наблюдал, как бывшие морские спецназовцы натягивали гидрокостюмы. Если Дмитрий жив, думал он, а на это очень хотелось надеяться, то, значит, он на подводной лодке. Старый лис не так прост, как кажется. Он обязательно постарается дать о себе знать. В крайнем случае найдет способ повредить лодку и заставить ее всплыть на поверхность.
Самый большой риск состоит в том, что малайские ВМФ могут попытаться первым делом субмарину потопить. Чтобы убедить военных не топить, а попытаться захватить, надо умудриться доказать им ее существование. Сейчас еще есть шанс, что она не ушла, а лежит на грунте у берега. Грамотный капитан постарался бы уйти ночью, зная, что район может быть блокирован военными судами. Пожалуй, решил Торин, это последний этап операции. Судно найдено, большая часть груза найдена.
