Письма (СИ)

Прощаюсь и бегу через черный выход на морозную и оглушительно тихую улицу. Настроение клёвое, есть такое определение – «приподнятое настроение». Так вот у меня не приподнятое, а задранное на самую верхотуру! К веснушчатому в звездах небу! Поезд метро пусто и гулко раскачивается в такт песенке, что внутри! Даже голые руки ноябрьских деревьев во дворе кажутся руками друзей, медленно приветствующих меня, счастливого!

Наши окна светятся. Мама меня ждёт. Сейчас будет напряженно выспрашивать, недоверчиво слушать. Наверное, заснуть будет сложно.

Слишком возбужден! Чёрт! В нашем подъезде, как обычно, упоительно пахнет подвалом и кошками и те-е-емень. Иду на ощупь. Где тут перила? Не вляпаться бы в какое-нибудь дерьмо! И… я вляпался.

Вляпался в чье-то тело, в чьи-то руки, в чье-то судорожное дыхание. Меня кто-то хватает, разворачивает к стене животом, зажимает рот. Мычу!

— Тс-с-с… - шипение мне в ухо. Парень (а это парень) надвигает мою же шапку мне на нос, ничего не вижу вовсе. Только чувствую. Я прижат, вмазан в стену его телом.

Его колено подпирает меня между ног. В животе стукает сердце. Пытаюсь извиваться, вырываться. Захват железный, мои руки сдавлены его лапами, но теперь мой рот свободен:

— Я буду орать! Сейчас выйдут соседи! Отпусти меня! Что тебе надо? Кто ты, урод? Ненавижу! Отпусти…

Захватчик просто прижал меня и стоит, не шевелясь. Умер, что ли? Окоченение? Все мои дёргания — «мёртвому припарка»! Стоим, он дышит мне в затылок…

— И? Мы так ночевать собираемся? – кричу я, уже несколько успокоившись.

– Кто ты? Писатель? Объявись! Обещаю, ржать не буду… Ник? Это ты? Блин… Что ж вы все такие здоровые-то?

Вдруг чувствую его губы у себя на шее, за ухом, на скуле, в волосах… Я осёкся. Чувствую, что парень ужасно напряжён, тяжело дышит, начинает водить руками по мне. Я, вырвавшись, смог развернуться и даже ударить его куда-то в грудь. Но тут же был придавлен живот в живот. Руки схвачены и прижаты к стене. Шапка так и сидит на носу. И он припадает к моим губам.

Сначала нежно, осторожно, чуть-чуть. Но потом все активнее, все глубже, все агрессивней. Отрывается за воздухом и еще, и еще, и еще… Мои руки висят тряпками, пригвожденные его захватом, моё тело вдруг теряет весь тургор, вянет и наваливается. Падаю в него, не осознаю этого, отвечаю ему… Он как-то меня убедил своими губами. Своей отчаянной просьбой. Уже не целуемся. Он просто прижался к моему лицу щекой. Чувствую его запах, слабый запах пота и какого-то одеколона.