Письма (СИ)

Но на мгновение! Потом я начинаю ему отвечать, перехватываю инициативу (как умею), наступаю и… кусаю его за верхнюю губу! Жуть, страшно кусать человека так, чтобы пошла кровь, чтобы в мясо, в сито. Но он даже не вякнул! Он продолжает выцеловывать, и я уже питаюсь его кровью, солёный, противный вкус… Нет! И я отталкиваюсь от него и кричу это: «Не-е-ет!» И в ответ слышу где-то в груди шелест:

— С-с-сука! Люблю тебя!

И опять грохот от динамиков:

— Никогда не снимай маску!

И развеселая музыка. А я свободен, частиц недоумения, любви, паники, нежности и страха рядом нет.

Они умчались вместе с хозяином. Левой рукой я снимаю наколенник с головы. Уфф! Лоб мокрый, ребристый от резинки! Раскручиваю скотч на правой руке. Бегу к выходу, запинывая недопитую бутылку с колой. В фойе его нет!

В туалете обнаружил, что вся морда в его крови. Улыбаюсь себе, доморощенному вампиру! Ай да я! Ай да сукин сын! Теперь доживём до понедельника и найдем чела с прокушенной губой. Губа не рука, под рукавом не скроешь. В противогазе в школу не придёшь! А если и наденет противогаз, то это и будет мой герой! Мой ублю-у-удок, ты такой нежный и робкий! Я тебя вычислю!

Никогда еще так не спешил в любимо-ненавидимую школу.

Шёл, как на политическую демонстрацию: с праведной яростной улыбкой на губах, с верой в свою правоту и силу!

У школы спиной ко мне стоял Ник и курил!

— Эй! Ник! Как дела? — весело кричу ему. Он удивленно поворачивается. И у него РАССЕЧЕНА ГУБА, вспухла, кровоподтёк. У меня спёрло дыхание в зобу. Так! Это Ник! Я знал! Я чувствовал!

Но пока я собирал в кучу слова и мысли, сзади услышал голос:

— Здоровеньки булы! Ник! Че куришь? Одолжи… — это подгребают Бетхер и Макс.

Макс! Что у него с лицом? Во-первых над губой ПЛАСТЫРЬ. Во-вторых, в глазах отчаяние, болезненная усталость. Это Макс! Я так и знал! Я же чувствовал, что это Макс!

Правда, рядом Бетхер рисуется, у того и без того губа была разбита на игре, но сейчас она выглядела более израненной. Он обновил свой кровоподтёк?

Но шок нарастает стремительно, так как идёт радостный Багрон.

С РАЗБИТОЙ ГУБОЙ.

— Прикинь, Лютик! Мы же таки подрались с Пугачом! Видал, какие раны? У нас сейчас в команде только ты да Кирюха с целенькими личиками!

— А-а-а.. у Ф-ф-а-ры? Ему тоже разбили губу? — заикаюсь я.

— С трудом можно это представить! – ржёт Багрон. — Он сам им разбил! Но… он же с соревнований покалеченный вернулся. Не дрейфь! Всё нормально, не полезут к тебе! Я курнуть-то успею?

Дальше мне было неинтересно.