Пьяная боль

Промозглый холодный ветер забирается под кожу, толкает в грудь, словно пытаясь вернуть меня к тому месту, от которого я бегу.

Плотнее укутываюсь в шубку, которая ничуть не греет. Кладу ладони на животик и стараюсь сдержать слезы освобождения.

— Всё хорошо, маленький. Всё хорошо.

Я будто сбросила тяжелый камень с шеи и теперь могу почти свободно идти, если не брать во внимание непрекращающуюся боль в ноге, из-за которой не могу оказаться подальше отсюда намного быстрее.

Внезапно земля уходит из-под ног, когда меня подхватывают сильные руки и прижимают к мужскому телу, цитрусовый аромат которого я узнаю из миллиона других.

— Отпусти меня! — бью его, куда приходится. — Отпусти!

Слезы неконтролируемым потоком увлажняют щеки. Мне не нужно на него смотреть, чтобы знать, что это он.

Мне не хочется на него смотреть, потому что я знаю, что могу увидеть в его глазах отражение своей боли.

— Тише, — шепчет Денис, и теплые губы касаются моего виска.

Он не пытается меня куда-то унести, закинуть в свой внедорожник и увести прочь отсюда.

— Отпусти, — отчаянно опускаю руки и прикрываю глаза, ощущая тепло его прикосновений.

— Не уходи, — отвечает Денис вполголоса и продолжает стоять со мной на руках.

Делаю глубокий отрезвляющий вдох холодного воздуха и высвобождаюсь из его рук, почти уверенно встав на припорошенный снегом тротуар. Отворачиваюсь от мужчины и продолжаю свой путь, не имея конечной цели.

— Полина, — ловит Денис меня за локоть и заставляет остановиться. — Ты не сделала это…

— Не ради тебя, — осекаю его раньше, чем он посмеет сделать какие-либо выводы. — Перестань меня преследовать. Перестань бежать за мной. Чем ближе ты оказываешься, тем дальше и рискованнее я бегу. Мне так нельзя. Уже нельзя, понимаешь?

Мужчина опускает взгляд на живот, на котором я держу ладони.

— Полина, — произносит он аккуратно, словно боится спугнуть. — Я понимаю, что я поступил как мудак и не заслуживаю того, чтобы даже стоять рядом с тобой.

— А если не получится? — спрашиваю и замечаю, как он нервно сглатывает. Как в темных глаза появляется страх. — Если ты опять убежишь, скинув всю вину и ответственность на меня, что тогда? Что я буду делать? Скажи мне!

— Я хочу быть с тобой, — делает он шаг ко мне, но я отступаю.

— Видишь? — горько усмехаюсь. — Ты снова делаешь то, что хочешь только ты.