А эрделя… Берешь двумя руками его милую морду, смотришь в глаза и объясняешь: «Старик, автобус сто шестьдесят четвертый, на остановке, под часами, в двадцать сорок…»
Денисов засмеялся.
— Четыре эрдельтерьера берут льва. Это уже серьезно.
Еще до полуночи появилась группа захвата, поставила свои машины наискосок, у булочной № 567 — одну и рядом другую. Старший оперативной группы подошел к Колыхаловой прикурить. Они успели обо всем договориться.
Время шло — Маевского не было. В половине второго Денисов с Кирой ушли в подъезд, к окну над батареей — излюбленному месту свиданий ночных пар: дольше оставаться во дворе становилось рискованным.
Денисов быстро задремал в тепле, уткнувшись в воротник куртки.
Его разбудили тихие шаги на лестнице. Кира стояла, молча глядя в окно. Денисов решил, что это один из группы захвата, которым строжайше было запрещено до сигнала входить в подъезд.
— Кажется, нас меняют…
— Может, не нас, а только тебя? — усмехнулась Колыхалова.
— Я третью ночь на ногах.
— Оглянувшись, он вдруг увидел, что человек на лестнице — вовсе не работник оперативной группы — стоит у перил и растерянно смотрит на них. — Что скажете? — спросил его Денисов.
Он сразу узнал Маевского — по описанию Порываева и женщины с усиками а-ля министр Кольбер.
Естественность Денисова подействовала на Маевского успокаивающе.
— Пора иметь свой дом, а не стоять в подъездах. — Он ничего не заподозрил. — Спички у вас хотя бы найдутся?
Кира щелкнула зажигалкой, подала сигнал опергруппе.
— Весьма признателен.
— Ничего не стоит.
Маевский поднялся на пятый этаж, открыл ключом дверь.
Денисов показал Колыхаловой на окно: внизу Маевского ждало такси.
Быстро потекли минуты.
Машины группы захвата маневрировали по дорожкам, проложенным между домами. Наконец первая оперативная машина подошла к подъезду. Кто-то из инспекторов пересел в такси, и оно отъехало за угол. Оперативная машина заняла его место напротив двери. Инспектора из второй машины поднялись на крыльцо.
На пятом этаже снова щелкнул замок. Послышались приглушенные голоса, звуки передвигаемых чемоданов."
"— Он сказал, что друг вашей семьи! Кроме того, я узнала пальто. — Хозяйка квартиры старалась говорить тише, но голос ее разносился по этажам. — И зачем ему ваша записная книжка?! Мне и в голову не пришло!
— Теперь это неважно.
— Всего на несколько минут оставила в комнате: он попросил воды…
— Я приеду через месяц.
