Пятьдесят оттенков серого

Сейчас ты мне не веришь, но когда я говорю о доверии, то подразумеваю именно это. Будет больно, но эту боль ты вполне сможешь вынести. И опять же, все дело в доверии. Ты доверяешь мне, Ана?

«Ана!»

— Да, — не задумываясь, отвечаю я. И это правда — я действительно ему доверяю.

— Ну что ж, — говорит он с явным облегчением. — Все остальное уже детали.

— Важные детали.

— Хорошо, давай их обсудим.

У меня голова идет кругом. Эх, надо было взять диктофон Кейт, а потом спокойно послушать. Столько информации к размышлению! Официант приносит основное блюдо: черная треска, спаржа и печеный картофель с голландским соусом.

— Надеюсь, ты любишь рыбу, — негромко произносит Кристиан.

Ковыряю вилкой еду и делаю большой глоток воды. Как жаль, что это не вино!

— Давай обсудим правила. Значит, ты категорически против пункта о еде?

— Да.

— А если в нем будет говориться только то, что ты должна принимать пищу по крайней мере три раза в день?

— Все равно.

Ни за что не уступлю.

Он поджимает губы.

— Я должен знать, что ты не голодна.

Я хмурюсь. Это еще зачем?

— А как насчет доверия?

Какое-то время Кристиан сверлит меня взглядом, потом смягчается.

— Ваша правда, мисс Стил, — тихо говорит он. — Я соглашаюсь насчет еды и сна.

— Почему нельзя смотреть тебе в глаза?

— Так принято между доминантами и сабмиссивами. Ты привыкнешь.

Привыкну ли?

— Почему мне запрещено к тебе прикасаться?

— Потому.

Его губы сжимаются в упрямую линию.

— Это из-за миссис Робинсон?

Кристиан вопросительно смотрит на меня.

— С чего ты взяла? — спрашивает он и тут же догадывается сам. — Думаешь, она меня травмировала?

Я киваю.

— Нет, Анастейша, не в ней дело. Кроме того, она не терпела капризов.

Да, а мне вот приходится… Я обиженно надуваю губы.

— Значит, она здесь ни при чем.

— Да. И я не хочу, чтобы ты трогала себя.

Что? Ах да, пункт о самоудовлетворении.

— Из чистого любопытства — почему?

— Хочу, чтобы ты испытывала наслаждение только от меня.

Ох… Не знаю, что ему ответить. С одной стороны, это то же самое, что «Я хочу укусить эту губу», а с другой — так эгоистично! Я хмурюсь и отправляю в рот кусок рыбы, мысленно подсчитывая свои достижения. Еда, сон, я могу смотреть ему в глаза. Он будет действовать не спеша, и мы еще не рассматривали пределы допустимого. Я не уверена, что смогу обсуждать их за едой.