Онлайн-библиотека книг
Хочу, чтобы он остался не потому, что я разрыдалась, а потому, что сам этого хочет. И я не хочу, чтобы он меня бил. Разве это чрезмерное желание?
— Значит, когда ты сказала, что все хорошо, ты меня обманула?
Я краснею.
— Я на самом деле так думала.
— Анастейша, ты не должна говорить то, что, по твоему мнению, я хочу услышать. Это не слишком честно, — укоряет Кристиан. — Как я могу доверять твоим словам?
Поднимаю взгляд, и вижу, что Кристиан хмурится. Он ерошит волосы обеими руками.
— Что ты чувствовала, когда я тебя шлепал и после?
— Мне не понравилось.
— Тебе и не должно было понравиться.
— Почему тебе это нравится? — Смотрю на него в упор.
Кристиан удивлен.
— Ты и вправду хочешь знать?
— Поверь, просто умираю от любопытства! — говорю я, не в силах сдержать сарказм.
Кристиан снова прищуривает глаза.
— Осторожнее! — предупреждает он.
Я бледнею.
— Ты опять будешь меня бить? — спрашиваю с вызовом.
— Нет, не сегодня.
Уф… мы с подсознанием облегченно вздыхаем.
— Ну, говори, — настаиваю я.
— Мне нравится ощущение власти, которое я в этот момент испытываю. Я хочу, чтобы ты вела себя определенным образом, в противном случае я буду тебя наказывать, и ты научишься выполнять мои требования. Мне нравится тебя наказывать. Я хотел тебя отшлепать с той самой минуты, как ты спросила, не гей ли я.
Я вспыхиваю. Боже, да после того вопроса я сама себя хотела отшлепать! Значит, во всем виновата Кэтрин Кавана, и если бы она поехала на интервью и задала этот вопрос, то сейчас бы сидела здесь с саднящей задницей.
— Значит, я не нравлюсь тебе такой, какая есть.
Он озадаченно смотрит на меня.
— Я думаю, ты восхитительна.
— Тогда почему ты хочешь меня изменить?
— Я не хочу. Мне нужно, чтобы ты была вежливой, следовала установленным правилам и не перечила мне. Все просто, — говорит он.
— Но ты хочешь меня наказывать?
— Да.
— Я этого не понимаю.
Он вздыхает и снова ерошит волосы.
— Я так устроен, Анастейша. Мне нужно тебя контролировать. Мне нужно, чтобы ты вела себя подобающе, а если ты не слушаешься, мне нравится смотреть, как твоя прекрасная алебастровая кожа розовеет и горит под моими руками. Я завожусь.
Ничего себе. Наконец-то мы сдвинулись с места.
— Значит, боль, которую ты мне причиняешь, тебя возбуждает?
Кристиан сглатывает.
— Немного, когда я смотрю, способна ли ты ее вынести, но дело не в этом.
